В американском посольстве:
— Дайте визу в Израиль!
— Но это американское посольство!
— Черт с вами, антисемиты, давайте в Америку!

Ближневосточная истина:
Если гора не идет к Магомету, значит. Абрам дал больше.

— А вон стоит женщина, которую постоянно трахает Рабинович.
— Где, где?!
— Вон, на углу, в синем платье.
— Идиёт, это его жена!
— Ну, а я что сказал?

Радиоточка спасателей на одесском пляже:
— Эй, Сёма, пошукай там у буйка нашего водолаза Жору, а то пузыри идут, а его самого что-то два дня не видать. И попробуй веслом того пловца на спине, в оранжевой шапочке. Только не так сильно, как вчера, мне таки надоели эти скандалы с родственниками.

20-е годы, Флорида, в шикарный отель входит богато одетая женщина и говорит:
— Здравствуйте, моя фамилия Гриншпун, я бы хотела получить номер в вашем отеле.
Служащий за регистрационной стойкой отвечает:
— К сожалению, у нас нет и в ближайшее время не предвидится свободных номеров.
В это время один из постояльцев отеля сдает ключ, расплачивается и уезжает.
— Вот видите, — говорит дама, — у вас теперь есть по меньшей мере один свободный номер. Я хочу его получить.
В ответ она слышит уже с меньшей вежливостью:
— В нашем отеле евреи номера не получают!
— Но я не еврейка! — восклицает она. — Я крещеная!
— С такой-то фамилией — и не еврейка? — ухмыляется служащий.
— А вы проверьте, — советует дама, — насколько хорошо я разбираюсь в христианской религии.
— Ладно, — говорит служащий, — первый вопрос: где родился Иисус Христос?
— В Вифлееме.
— Верно. А как звали его родителей?
— Мария и Иосиф.
— Тоже правильно! Ну, тогда последний вопрос: почему Мария родила его в хлеву?
— А потому, — ответила раздраженная посетительница, — что такие же идиоты, как ты, не пустили ее в гостиницу!!!

— Фима, почему ты не хочешь уехать в Израиль?
— Знаешь, Зяма, я там буду неприметной личностью.
— Почему?
— Да там же все евреи.

Едут в поезде Рабинович и китаец. Рабинович спрашивает:
– 

— Сёма, ты не поверишь, что у меня таки потекло из крана с горячей водой.
— Горячая вода?
— Б###ь, тебя ничем не удивишь!

— Рабинович, вы кто по знаку зодиака?
— Водолев.
— Как это?
— Должен был родиться в августе, но вы мне скажите — кто по своей воле будет торопиться жить в этом вашем бардаке? И я таки продержался в утробе до конца января...

— Рабинович, вы взятки даете?
— Даю.
— Кому?
— Жене.
— А ей-то зачем?
— А иначе не дает.

— Почему еврейки считают проституцию выгодным делом?
— У тебя есть нечто, ты это нечто продаешь, а у тебя опять есть это нечто...

— Мендель, твой пес подпускает близко людей?
— Конечно! Как же он иначе укусит?

— Мадам Рабинович, вы уже научили своего Абрашу говорить?
— Да! Теперь мы учим его молчать!

— Лина, я не могу понять, как вы живете со своим Борей. Он же сует свой нос буквально куда угодно!
— Вы знаете, Сонечка, когда я была молодой, мне это нравилось.

— Изя, ты читаешь вечернюю молитву?
— Читаю.
— Ну, и как?
— Ты знаешь, пока никаких результатов.

Старый еврей прогуливается по морскому берегу со своим единственным внуком. Неожиданно огромная волна захлестывает внука и уносит его в море. Старый еврей поднял глаза к небу и взмолился:
— О, боже, чем же я так сильно провинился перед тобой, что ты отнимаешь у меня единственного внука?
Мой сын обвинит в этом меня, а его жена умрет от горя. Как же ты можешь быть таким жестоким?
Накатывает другая волна, такая же огромная, и выносит на берег внука, целого и невредимого. Еврей посмотрел на ребенка и, снова подняв глаза к небу и простирая руки, говорит:
— Но боже, на нем же была шляпа.

— Добрый день! И здесь на Ойстраха учат?
— Да, Соломон Маркович, но у вашего Додика нет слуха...
— Ви — больной?! Он же не слушать будет...

— Абpам, говоpят, ты женился. Удачно?
— Hет, окна во двоp...

Идет араб по пустыне, жажда мучает. Вдруг видит — стоит ларек, в окошке еврей. Араб обращается к нему:
— Будь человеком, дай воды напиться.
— Воды нет, но могу продать тебе красивый галстук.
— На хрена мне галстук в пустыне? Воды лучше дай!
— Да нет у меня воды! Но в километре отсюда есть ресторан, им владеет мой брат. Ступай туда, он тебе даст воды.
Через час приползает араб с высунутым языком.
— Давай свой хр@нов галстук!
— А что такое?
— Твой брат меня без галстука в ресторан не пускает!

— Абрам Моисеевич, почему вы хотите уехать? Что вас не устраивает?
— Меня не устраивает ваше отношение к г@м@с@ксуализму!
— А какие проблемы, вроде же с этим всё спокойно?
— Послушайте, при Сталине за это расстреливали, при Брежневе — принудительно лечили, сейчас это вошло в норму. Так вот, я таки хочу уехать из этой страны, пока это не стало обязательным!

К одесситу подходит приезжий с чемоданом.
– 

— Рабинович! Одолжите рубль!
— Ой, не могу! Нету с собой!
— А дома?
— Дома? Вашими молитвами, дома все хорошо!

Одесский дворик. Мужики зaбивaют в «козлa». Крик со второго этaжa:
— Изя, принеси мaме кефир!!!
— Ой, мaмa, отстaньте, мне некогдa, я зaнят.
— Не, Вы только посмотрите нa этого шлеперa, кaк Сaре с третьего этaже принести триппер,
он тут кaк тут, a кaк мaме кефиру, то он зaнят.

— Наш Моня таки поменял пол!
— Уй! Говорят, такие операции стоят бешеных денег!
— Та, ну, шо ви! Шо такое несколько квадратных мэтров дубового паркета при его-то деньгах...

Рабинович встречает Изю и говорит ему:
– 

Верующий еврей Шломо лежит в госпитале при смерти. Его семья пригласила раввина быть с ними в этот тяжелый момент.
Когда раввин встал у кровати больного, состояние Шмуля явно ухудшилось, и он судорожными движениями руки показал, что хочет что-то написать. Раввин с любовью подал ему ручку и лист бумаги.
Шломо из последних сил нацарапал записку и умер. Раввин решил, что сейчас не время читать записку, свернул ее и положил в карман пиджака.
На похоронах, когда он заканчивал свой панегирик покойнику, раввин вспомнил, что на нем тот самый пиджак, в котором он был в момент смерти Шломо. Раввин сказал: «Знаете, Шломо дал мне записку прямо перед смертью. Я ее еще не прочел, но, зная Шломо, я уверен, что она содержит слова утешения для всех нас».
Он развернул записку и прочел: «Ребе, сойди с моей кислородной трубки!!»

Маленький Рабинович спрашивает у бабушки:
— Бабушка, а я русский или еврей?
— А в чем дело, внучек?
— Да к нам в садик привезли новые игрушки, так я думаю: сломать или домой принести?

Еврейский дедушка Мороз:
— Налетайте дети, покупайте подарки!

— Абрам, помнишь, ты говорил, что если настанет мой черный день, то ты сделаешь все, чтобы помочь мне, даже если тебе придется отдать последнее. К сожалению, этот день настал...
— Дорогой Изя, я своих слов на ветер не бросаю! Вот тебе последний патрон.

Короче, пригласил Абрам к себе товарищей в гости на день варения. Вроде бы всех. Вдруг жена ему и говорит:
— Пригласи русского, он в прошлый раз тебе золотой портсигар подарил. Может быть, и еще чего блестящего подарит. Русские — народ не жадный. Сказано сделано. Приглашает Абрам русского и тонко намекает ему, что очень будет рад, если тот что-нибудь блестящее подарит. Наступил долгожданный день. Приходят гости и приносят кто что. Русского нет и нет. Жена говорит:
— Наверное, ничего не нашел.
Но тут открывается дверь и на пороге появляется последний гость с улыбкой на лице явно алкогольного происхождения:
— Абраша, дорогой, поздравляю с днем рождения, желаю счастья в личной жизни. Извини, но золотого подарка найти не удалось, но зато я привел тебе золотого человека. Вася, заходи!

Приходит Абрам домой и видит: его жена расхаживает голая по квартире. Абрам:
— Сара! И что ты делаешь? Разве ж у тебя нет платьев? — открывает шкаф. — Посмотри: вот белое, вот синее, красное, фиолетовое, добрый вечер, зеленое...

1988 год. Польский еврей уезжает в Израиль. Соседи — бездетная пара просят его зайти в самую лучшую католическую церковь в Иерусалиме и поставить свечку. Верить — не верят, но хуже не будет.
1998 год. Тот же еврей приехал погостить в родной город. Заглянул и к бывшим соседям. Дверь открывает жена. Шум, визг, не менее десятка чумазых полуголодных детишек мал мала меньше.
— А где муж?
— В Израиль уехал.
— А что он там делает?
— Да хочет найти, где ты эту чертову свечку поставил!