Анекдот № 61875

Был (и есть) на Военной каферде Самарского Политеха капитан П. И было
капитану П. впадлу, что все офицеры на военной кафедре Политеха — старшие,
тo есть от майора и выше, с большими звездочками. А он, П., младший. И
звездочки у него маленькие, хучь их и четыре, и просвет один-единственный.
И от этого капитан П. был зол как черт на весь свет, а на нас,
студиозусов, и того пуще. (Справедливости ради следует сказать, что
дали-таки П. майора, но изменил ли он свое мировоззрение — не
знаю.)

Читал П. ОУКСО. Кто не знает, Организацию, Устройство и Конструкцию
Стрелкового Оружия. Для нас, оружейников, предмет профильный и, как
следствие, весьма геморроидальный при сдаче экзаменов.

Итак, ведет П. ОУКСО. Мерно прохаживается тудыт-сюдыт, сапожками
хромовыми поскрипывает, голосом поставленным вещает. И вещает что-то до
огнезденения интересное: то ли конструкцию выбрасывателей, то ли
устройство автоматики со свободным ходом ствола, — в общем, хрен разберешь.
А "война" в Политехе располагается в здании бывшей церкви, сама же
Ауд. 13, в которой и происходит действо — прямехонько под куполом.
И звучные раскаты капитанского голоса мечутся, отражаясь в куполе, аж
окна звенят.

Студенты — молчок, конспектируют за П., только перья поскрипывают. И
тут один студент (ну, я настоящию фамилию называть не буду, чтоб
студент, ныне, кстати, в Инете присутвующий, не был на меня в претензии)
по фамилии (пусть будет) Ящерицын, не сдержав могучего порыва, pardon,
рыгнул. На зависть рыгнул, такая отрыжка — штучная. И перекрыла эта
штучная отрыжка могучие раскаты командирского голоса, и стала она
метаться и прыгать под куполом, озорно позвякивая оконными стеклами.

И все замерли. И П. тоже замер. И когда последний отзвук ботырской отрыжки
затих, лицо П. налилось сочным багрянцем. И пророкотал сей муж сурово:
"Встать, кто рыгнул!" Смутившийся Ящерицын поднялся во всеь свой прекрасный
ставосьмидесятисантиметровый рост. П., страшно вращая зенками, спросил:
"Фамилия?!..." — "Ящерицын..." П., то ли не расслышав, то ли желая получить
от бойца ответ четкий и внятный, каким он и должен быть по уставу,
повторил: "Я спросил, ФАМИЛИЯ!!!" — на что получил-таки ответ: "ЯЩЕРИЦЫН!"

П. развернулся и, чеканя шаг, направился к кафедре, где лежал разверстый,
аки лоно падшей женщины, взводный журнал. В такт резонирующим под куполом
шагам стал листать он сей кондуит и, найдя нужную страницу, уставил перст
на столбец с фамилиями, каковой перст стал постепенно и неумолимо продвигать
вниз. И дошл перст до фамилии Ящерицына. И увидили мы, простые студенты,
как свершилось в бывшей церкви Чудо Господне — в лице капитана П. появилось
человеческое выражение. И спросил капитан П., даром что не сглатывая
суровую скупую слезу, и само Разочарование глаголело устами его:

"Ну что же вы, Ящерицын? Имеете оценку "четыре" — а рыгаете..."

Все!