Анекдот № 45453

Я сам свидетель этой истории, так что, все нижеизложенное — правда.
Это было в семидесятых годах в провинциальном городке, где я учился
в пединституте. Мы жили в общежитии, и если кто не знает, на одного
парня в пединститутах тогда приходилось по десять — пятнадцать девушек.
Нравы были свободными, мы делились друг с другом всем: одеждой, деньгами,
едой и, конечно, девушками.

В нашей комнате постоянно жили четыре студента иняза, но временных
обитателей (братьев, знакомых, друзей и просто гостей) всегда было
великое множество. Однажды один постоянный обитатель по кличке Слон
в присутствии трех хозяев и трех гостей задал вопрос временному обитателю
по кличке Дед:
— Дед, ты чего руки в карманах постоянно держишь? У тебя, что, чешется там?

Вскоре, в процессе дискуссии выяснилось, что неделю назад и Дед и Слон
имели честь переспать с девушкой из общежития по имени Вера. Скинув джинсы
Слон и Дед приступили к осмотру гениталий друг друга на глазах
у вышеназванных свидетелей. Немедленно выяснилось, что у обоих имеется
огромное количество насекомых, называемых вошь лобковая обыкновенная,
в просторечии мандовошка.
— Слава богу, что не сифилис,— облегченно произнес Дед, вытирая рукой пот
со лба.
Тут же, к нашему вящему удовольствию состоялась торжественная акция
по взаимному обриванию интимных мест Слона и Деда. Мы от души веселились
наблюдая трогательную картину, как Слон удаляет волосяной покров
с промежности Деда, а тот лежит на спине раскорячив тощие ноги и безучастно
смотрит в потолок. Через двадцать минут все было закончено, герои сверкали
бритыми лобками и требовали водки, чтобы слегка сгладить понесенный
моральный ущерб. Событие отметили, посмеялись и окрестили "операцией
по лечению сифилиса".

Так как в общежитии не было горячей воды, мы по субботам ходили
в городскую баню. Примерно через неделю после описываемых событий
мы вознамерились попариться и помыться и, в количестве восьми человек,
включая Деда и Слона, пошли в баню. Выстояв длинную очередь, получив
номерки и скинув наши шмотки в раздевалке, мы с гоготом и визгом
устремились в парилку. Попарились, раслабились, размякли. С трудом нашли
шайки и места на скамеечках — народу было полно. Слон и Дед сверкали
белыми лобками, привлекая внимание мывшихся мужиков.

Тут им вздумалось ополоснуться в душе, благо открытые кабинки были рядом
с нами. Слон совсем расслабился под теплыми струями и, перекрывая шум
воды, грохот пустых шаек и гомон, благодушно проорал в соседнюю кабинку:
— Дед, у тебя сифилис совсем прошел?! У меня, вроде, прошел!

Надо было видеть, с каким ужасом мывшиеся мужики шарахнулись в разные
стороны, скользя и падая на мокром полу и роняя мочалки и мыло. Кто-то
спешно ополаскивался и убегал в раздевалку. Помещение стремительно пустело.
Воцарилась мертвая тишина. Мы давились от сдерживаемого хохота и молчали.
Тут дверь парилки рапахнулась и оттуда выскочил красный как рак мужичок,
не присутствовавший при "исторической" реплике Слона. Обведя глазами тихое
и полупустое отделение, он, громко спросил, обращаясь к нам:
— Это че такое, баня закрывается? Че так тихо, заболел что-ли кто?

Тогда нас прорвало.

P.S. СПИДа тогда еще не было.