Анекдот № 40292

Ясное весеннее утро. Светит солнышко, щебечут птички... Молодая графиня просыпается, и слышит прекрасную музыку. От нахлынувших на нее чувств она вскакивает, набрасывает халатик и выбегает в гостиную. Там за роялем сидит поручик Ржевский.
— Ах, поручик! Это вы так прекрасно играете?!
— Да так, сударыня, п%здячу-с помаленьку!

— Hile Hitler, Hrupppenfurer! Szchvaine Polizche Partizanen scommunizdollen FAUS-patronen inch Krakov...
— Да будет Вам... будет Вам, Штирлиц. Как вы все норовите обмануть старрика Мюллера. Фаус-патрон сп#здили Вы. И вообще, перестаньте вы#бываться — говорите по-русски.

Вздумалось Маше попить молока.
Стала доить на конюшне быка.
Доит и доит, из сил выбивается.
Наглый бычина стоит, ухмыляется.

Германия до сих пор выплачивает компенсации жертвам войны. Теперь еще и армянам придется лет 50 кривляться на сцене "Соmеdу Сlub", чтобы искупить вину за Петросяна.

— Можно выйти?
— Вовочка, до звонка никто не выходит!
— Мариванна, я с вами случайно в одной маршрутке еду!

ВАГОНОВОЖАТАЯ

Накануне Рождества, перебирая старые мамины письма, я вспомнил одну историю, которую она мне время от времени рассказывала.

Я был у мамы единственным сыном. Она поздно вышла замуж и врачи запретили ей рожать. Врачей мама не послушалась, на свой страх и риск дотянула до 6 месяцев и только потом в первый раз появилась в женской консультации.
Я был желанным ребенком: дедушка с бабушкой, папа и даже сводная сестра не чаяли во мне души, а уж мама просто пылинки сдувала со своего единственного сына!
Мама начинала работать очень рано и перед работой должна была отвозить меня в детский сад "Дубки", расположенный недалеко от Тимирязевской Академии. Чтобы успеть на работу, мама ездила на первых автобусах и трамваях, которыми, как правило, управляли одни и те же водители. Мы выходили с мамой из трамвая, она доводила меня до калитки детского сада, передавала воспитательнице, бежала к остановке иждала следующего трамвая.
После нескольких опозданий ее предупредили об увольнении, а так как жили мы, как и все, очень скромно и на одну папину зарплату прожить не могли, то мама, скрепя сердце, придумала решение: выпускать меня одного, трехлетнего малыша, на остановке в надежде, что я сам дойду от трамвая до калитки детского садика.

У нас все получилось с первого раза, хотя эти секунды были для нее самыми длинными и ужасным в жизни. Она металась по полупустому трамваю, чтобы увидеть вошел ли я в калитку, или еще ползу, замотанный в шубку с шарфиком, валенки и шапку.
Через какое-то время мама вдруг заметила, что трамвай начал отходить от остановки очень медленно и набирать скорость только тогда, когда я скрывался за калиткой садика. Так продолжалось все три года, пока я ходил в детский сад. Мама не могла, да и не пыталась найти объяснение такой странной закономерности. Главное, что ее сердце было спокойно за меня.

Все прояснилось только через несколько лет, когда я начал ходить в школу. Мы с мамой поехали к ней на работу и вдруг вагоновожатая окликнула меня: — Привет, малыш! Ты стал такой взрослый! Помнишь, как мы с твоей мамой провожали тебя до садика...?

Прошло много лет, но каждый раз, проезжая мимо остановки "Дубки", я вспоминаю этот маленький эпизод своей жизни и на сердце становится чуточку теплее от доброты этой женщины, которая ежедневно, абсолютно бескорыстно, совершала одно маленькое доброе дело, просто чуточку задерживая целый трамвай, ради спокойствия совершенно незнакомого ей человека!

Два мужика в трамвае:
— Мужик, ты дверь на место поставь!
— А это моя!
— А где от трамвая?
— Не знаю, я в окно входил!

— А вас, Штирлиц, я попрошу остаться, — сказал Мюллер, — сколько будет 8 плюс 2?
"Десять пинков тебе под зад", — подумал Штирлиц, но ответил давно, уже двадцать лет назад заученную фразу:
— Не пойму, за кого вы меня принимаете?..

Два студента вышли из трамвая и плетутся к общаге.
Один вдруг начинает ожесточенно шарить по карманам.
— %%%^%^%! Куда подевался мой трамвайный билет??!
— Да ну его, все равно уже приехали!
— То есть как это HУ ЕГО??? У меня туда был завернут завтрак!!!

Дело было в Магнитогорске года два назад.
Зима. Ожидая последний трамвай, стоим на остановке. Мерзнем, допиваем
холодное пиво. И, вот он, едет, сверкает фарами и греет даже светом из
вагонов. Останавливатеся возле нас, дружественно открывает двери, и из
дверей вываливается абсолютно нетрезвый человек и орет: "Б*Я! УЖЕ ЧАС
НОЧИ!!!"
Такого мы не ожидали и совершенно опешившие не двигаемся с места.
Мужичка тем временем хватают за воротник и втягивают обратно в вагон.
Трамвай уходит.
И откуда-то, словно из далека, слышится голос одного из наших:
— Ни фига себе часы с кукушкой!

Случилась эта история на заре девяностых – ну, Вы помните. Перестройка, перестрелка. Работал в нашем ОМОНЕ тогда некто Игорь (имя изменено). Собственно говоря, он и сейчас там работает.
Так вот, случилось как-то раз Игорю в ночь засесть в засаду. Я уже не помню, зачем. Толи ждали кого, толи следили за кем. А жене Игоря приспичило в ту же ночь родить замечательную девочку – вес 3500, рост 54 см. Об этом радостном событии по городскому телефону (ну не было тогда мобильников у честных милиционеров) был извещен начальник Игоря, и сам Игорь – по рации.
Закончив спецоперацию и отловив всех, кого полагается, доблестные ОМОНОВцы поехали в роддом. Предварительно купив водки в ларьке. Напоминаю – начало девяностых, ларьки на каждом углу, алкоголь продают в любое время и кому попало. Особенно, радостным людям в полной экипировке и с автоматами.
В то время в нашем роддоме работала акушерка. Бывают такие люди, про них говорят «от Бога». Акушерка от Бога, отличный специалист. Я, кстати, с ней знакома, причем знакомились мы дважды. Первый раз мы познакомились, когда появилась на свет я. Второй раз – когда мой старший сын. От медицинского персонала роддома эта замечательная женщина имела прозвище «Унтер Пришибеев». В тот день, по стечению обстоятельств, как раз была ее смена.
Вернемся к нашим ОМОНОВцам. Как говорил Задорнов, светало. Группа нетрезвых, но очень радостных работников милиции завалилось в приемный покой роддома и потребовала «показать дочь». Обалдевшая медсестра разбудила акушерку.
История, к сожалению, не сохранила содержание ее монолога. Но свидетели вспоминают, что он был:
1. Громким

— А мне нравиться, как вы держитесь — сказал Мюллер Штирлицу в камере пыток, другие на Вашем месте раскисали.
— Русские не киснут — ответил Максимычь и по старой привычке погладил Мюллера по лысине.

— У моего бывшего шефа первая жена Татьяна, вторая Татьяна, две
любовницы в Саратове Татьяны, в Питере — Татьяна... по другим именам
человек просто не парился...
— Если я тебя, Люся, правильно понимаю, у тебя с шефом не срослось?

Если ты нашел свою вторую половинку сам – это любовь, если ее нашли без
твоего участия – значит, ты попал под трамвай.

Совет девушкам: Сардельку можно съесть так, что потом ни один парень
даже намекать вам о ми@@те не будет.

Slon'Ik!: Жил я лет 10 назад в Ирландии. Жил — не тужил.
Slon'Ik!: Пока однажды не столкнул с их суровыми штрафами — один из них гласит: выбрасывать мусор можно только в мусорных пакетах без нарушения целостности. Мне, как советскому человеку, такая идея в голову придти не могла, потому я выбрасывал мусор в обычных халявных пакетах из магазина. Ну вот однажды пришел штраф на очень круглую сумму. Оказывается выброшенный мною пакет оказался "не целым", так некие службы раздербанили пакет нарушителя закона и нашли конверт с моей фамилией (оплата каких-то услуг).
Slon'Ik!: После этого я стал умнее и больше никогда не повторял таких ошибок — я купил шредер.

— Да — подумал Штирлиц.
— Зачем я подумал Да?
— Зачем я вообще подумал?

История, которая случалась, наверное, в каждом городе, но...

Еду я как-то (давно) в трамвае (двухвагонном) во втором вагоне. Еду
себе, еду... Потом на одной из остановок входит мужичок пьяный в дюпель
или в три звезды, в общем никакуша. Едет, шатается и, судя по всему,
проезжает свою остановку. Тут он соображает, что ему выходить, а
остановку-то проехал и начинает через закрытую дверь убалтывать
вагоновожатого, чтобы он остановил трамвай.

Напоминаю, что действие происходит ВО ВТОРОМ ВАГОНЕ ТРАМВАЯ.

Говорит, просит, умоляет. Трамвай едет. Он чуть ли уже не на коленях
стоит. Тут трамвай доезжает до следующей остановки, останавливается и
открывает двери. Мужик в ту же секунду начинает уже благодарить доброго
трамвайщика за то, что он наконец-то сжалился над несчатным пассажиром и
остановил трамвайчик.
Но делает он это так долго (а время уже позднее), что выйти не успевает.
Нафига трамваю долго стоять в темное время. Ну он и поехал. Мужик, бац,
видит — дело дрянь, опять не успел. И... наша песня хороша — начинай
сначала. Опять уговоры, мольбы, блин дома, жена, дети, а он тут
катается. ОСТАНОВИТЕ!!! HELP!!! И это все в закрытую дверь где,
собственно, никого нет. В общем, трамвай остановился. На остановке. Тут
уже мужик бросил коротко "Спсибо!" и выкатился из трамвала и побрел,
наверное, к себе домой, где его ждали голодные дети.

О женской ревности
Захожу в подъезд, слышу, что лифт вот-вот закроется. Делаю два
гигантских прыжка, залетаю в кабину, краем сознания понимая, что я -
маньяк.
Ведь в лифте стоит девушка, а тут, перед самым закрытием дверей к ней
врывается... в общем, классика.
Ну, что делать — круто поварачиваюсь к ней спиной, начинаю доставать
ключи — в общем, всячески демонстрирую, что я местный, "домашний" и т.д.
— Ну и долго ты будешь ко мне спиной стоять? — слышу сзади.
Поварачиваюсь — ба! Да это ж моя девушка!
Посмеялись, потом говорю:
— А знаешь, я хоть и не успел тебя разглядеть, но сразу почувствовал — а
что-то в ней есть. Я бы с такой пообщался, да и вообще...
Смотрю — у моей девушки глаза автоматически становятся холодными, губы
выразительно поджимаются... Типа "Ах ты, кобелинная душа!"
Апофеоз ревности — ревность к самой себе: )

История, подтверждающая, что анекдоты берутся из жизни...

Еду как-то в трамвае. В субботу. Раннее утро — часов 6-00, не больше, -
в связи с этим народа в вагоне минимум. Большинство пассажиров дремлет
на своих местах. Тишина. Только колеса убаюкивающее стучат — тук-тук,
тук-тук…. Одна из остановок, с характерным названием "ЦИРК". В переднюю
дверь залетает бабка типичного голодно-пенсионного вида с авоськами в
руках и на весь вагон орет: "КУДААА ЕДЕТ? НА ВОКЗААААЛ?" (кстати, на
трамвае со всех сторон написано "ЧЭМЗ — Ж/д ВОКЗАЛ")... Заорала она
настолько сильно и неожиданно, что все (в том числе и я) вздрогнули,
моментально выйдя из сладкого состояния полудрема, и непонимающе
уставились на это искалеченное тяготами жизни существо... Все молчат….
Кроме одного чувака, который волей случая дремал вблизи эпицентра
событий... Недовольно продрав глаза и поморщившись, он ей тихо так,
сонно, говорит: "Да, на вокзал...". Она его, видимо, не услышала
поскольку еще сильнее заорала: "КУДААА ЕДЕТ-ТО ТРАМВАЙ? НА ВОКЗААААЛ?"..
Не знаю, кто как, а мне орать в то утро было влом – да и сидел я
далековато — поэтому продолжал молчать. Впрочем, как и все остальные
пассажиры, включая чувака, который, безуспешно попытавшись высказаться
по этому вопросу, вновь закрыл глаза... И тут, из другого конца вагона,
какая-то такая же горластая бабка на весь трамвай заорала: "ДААААА, НА
ВОКЗАААААЛ!"... Первая бабка, услышав это заявление, видимо усомнилась в
его достоверности, поскольку еще раз заорала: "НАААА ВОКЗААААЛ ЕДЕТ?
НАААА ВОКЗААААЛ?"... Чувак, который, похоже, запарился слушать это
оранье со всех сторон, открыл один глаз и молча указал первой бабке на
вывеску с обозначением маршрута, где четко было написано — "Ж/д
ВОКЗАЛ"... Узрев сия надпись, первая бабка, вздохнула и почему-то начала
вылазить из вагона... Вторая сердобольная бабка (которая ей орала из
другого конца вагона), видимо, рассудила, что первая бабка ее не
услышала, а другие ей не объяснили, и опять начала горланить: "ДААААААА,
НА ВОКЗАААААЛ! НА ВОКЗАААААЛ!"... Первая невозмутимо продолжает вылазить
из вагона — уже на ступеньках... Вторая бабка, рассудив что ее оранья с
такой дистанции не принесут пользы, вскакивает со своего места в конце
вагона, делает суперускорение через весь вагон (при этом громко
чертыхаясь, что мы все — ироды, особенно молодежь) и, застав первую
бабку уже практически на платформе, орет ей со спины, почти в самое ухо:
"ДАААААА, НА ВОКЗАААААЛ ОН ИДЕТ! НА ВОКЗААААААЛ!"... первая бабка,
вздрогнув и даже слегка отпрыгнув от неожиданности, резко поворачивается
и громко выдает (дословно): "БЛЯДЬ!.. ЧЕ ОРЕШЬ-ТО ТАК, ДУРА? НЕ НАДО МНЕ
НА ВОКЗАЛ!!!!"... Дверь трамвая закрывается...

Не так уж много девушек дают на первом же свидании.
Но очень многие дают первый раз на последнем свидании.

Как-то, было. Еду вечером в трамвайчике. Еще совсем светло, весна на
улице, расслабился на заднем сидении второго вагона. Трамвай плавно
поворачивает налево. Смотрю, справа на дороге, почти впритык к
проходящему трамваю, стоит Жигуленок, без капота. Ну, без капота, так
без капота. Может двигатель после ремонта охлаждает, или еще что... На
следующей остановке мне выходить. Потихонечку выползаю и умиротворенно
двигаюсь вперед, в сторону моря (трамвайчик ходит вдоль побережья).
Смотрю – вагоновожатая (водительница трамвая), что-то ожесточенно бьет
ногами, в "меж вагонном пространстве". Выбила. На тротуар вылетает... тот
самый капот... До сих пор не могу сообразить, как водитель Жигуленка
умудрился высунуть машину, чтобы сорвало капот, при этом, на ее "морде"
не осталось никаких заметных повреждений. Загадка-с...

Дело было в начале девяностых годов в МГТУ им. Н.Э. Баумана.
Время было тяжелое, студентам было трудно. К учебе примешивались
чисто бытовые вопросы: например очень хотелось кушать. Особенно трудно
приходилось тем, кому не помогали родители. Параллельно работать и учиться
было очень трудно, особенно на младших курсах. Представьте себе — они жили
на одну _стипендию_ А стипендия это если кто не знает — не очень много.
Короче пожрать, кроме как в студенческой столовой и негде.
У нас в группе учился Витя из Харькова, хороший был студент,
да вот беда — с финансами было тяжело. Питался он просто впроголодь. В моде
у него, как и у многих было следующее блюдо — гарнир без мяса.
Как то раз, получив порцию картофельного пюре, и проводив голодным взглядом,
снятый с тарелки шницель, Витька нашел новое гастрономическое сочетание.
Надо сказать, что это самое пюре, готовилось из порошка и было не сладким,
не соленым и вообще никаким, плюс ко всему его было мало. Так вот,
Витька, решил плеснуть туда немного компота из сухофруктов. Размешав
компотную гущу, он снял пробу. Вышло и больше и слаще, и несколько отшибало
этот порошковый привкус. Переборов в себе желание немедленно слопать это
блюдо, он как честный студент, пошел сдать поднос на раздачу (подносов на
всех не хватало). Короче, он отошел от стола, и тут как на грех подвалила
бабулька-уборщица с тряпкой и кастрюлей. Она как ни в чем не бывало, оценив
содержимое стола, смела Витькин обед в свою кастрюлю, сделав это на глазах
подоспевше-оторопевшего Витьки, у которого просто пропал дар речи. Уборщица
двинулась дальше как ни в чем не бывало, а к Витьке вернулся дар. Он ринулся
в след за уборщицей, далее между ними произошел следующий диалог:

(В) Вы..., вы зачем это сделали?
(У)?
(В) Ну, мой обед, это был мой обед, а Вы его... того...
(У) Ой, сынок, та тарелка твоя никак была?
(В) Да моя, моя, что я теперь есть буду?
(У) А ты, что собирался кушать это?
(В) Конечно собирался, я и сейчас есть хочу, что мне теперь делать?
(У) И-и милок, не знаю, чем тебе помочь, только обратно-то уже не достать
наверное...

и заглядывает в свою кастрюлю...

Из спортивного репортажа:
— Нам нужен гол! Нам нужен гол! Нам нужен — мы его и получили!

Мужику друзья говорят:
— Твоя жена такая б#лдь, со всеми спит, тут на нее целая очередь стоит.
— И что вы мне предлагаете — развестись и стоять в очереди?

Метро — это заживо похороненные трамваи.

— Положим, Штирлиц, рассказу об отпечатках на русской рации мы и поверим, но как объяснить то, что при обыске у вас был конфискован самогонный аппарат?!

— Детишки, вот вам задачка! В столовую вошло 8 ребят, вышло 2. Вопрос: сколько ребят там не кушали?

— Иванов!
— Я!
— Редкая у Вас фамилия…
— Так точно, сэр!

В пустом троллейбусе поздно вечером на заднем сидении сидя спит поддатая бомжиха. На остановке в заднюю дверь заходит никакой бомж и с размаху садится рядом. Смотрит на неe:, она — на него. Он вдруг и говорит:
— Ну, что? Идем в ЗАГС?
Она, почти не задумываясь:
— Дык, цветов же надо купить!

Водитель автобуса-гармошки, поочерёдно нажимая газ-тормоз, сыграл калинку-малинку.

— Ты реально, как муравей!
— Почему? ?
— Вечно какую-нибудь х@@ню несешь. .