Анекдот № 39331

Будильник стоит на 6 утра. В квартире нигде нет часов.
Лег спать часов в одиннадцать вечера. Проснулся как мне казалось от будильника. Встал и в обычном ритме пошел поставил чайник, умылся, побрился, принял душ. Собирался сеть завтракать. Но решил посмотреть на телефоне время — 00:28!! С минуту сидел осознавал как это может быть. Когда наконец до меня дошло — пошел на кухню выключил свет и пошел дальше спать с мыслями: "Ну хоть бриться не надо будет утром"..

Останавливается автобус на остановке, двери открываются. К автобусу подбегает мужичок:
— Люди, скажите, что это за автобус?
— "Икарус"...
— Да номер, номер-то какой?
— 25-67 гва...

Апрель 1945 года. Поражение Германии очевидно. Гитлер ходит
по рейхсканцелярии и везде видит одну и ту же картину: офицеры
пьянствуют и даже не обращают внимания на своего фюрера. Но зайдя
в один из кабинетов, Гитлер обнаруживает Штирлица, который сидит
за столом и работает. Увидев главу Третьего Рейха, Штирлиц вска-
кивает, вскидывает руку и выкрикивает: "Хайль Гитлер!" В ответ
фюрер устало произносит: "Максимыч, ну хоть бы ты-то не подкалы-
вал."

Все наверно когда-нибудь слышали объявление в аэропорту: "По техническим причинам рейс откладывается до...". Так вот история, рассказанная мне одним выпускником Рижского института инженеров гражданской авиации, которую для краткости пересказываю от своего лица. Заранее извиняюсь за отсутствие авиационного сленга.
Наш борт прилетает в аэропорт N и его начинают готовить к обратному рейсу. Среди прочих манипуляций — прочистка забившегося унитаза, о проблеме с которым сообщила бортпроводница. Приходит пара "спецов" с палкой или щупом и пытается протолкнуть помеху в накопитель. Ничего не получается. Вызывают по рации еще одного помощника, молодого (М)

Встречаются два студента:
— Ты чего такой утомленный?
— Завтра зачет по технике секса. Всю ночь шпоры писал!

Представьте себе троллейбус, середина дня, когда по проходу можно
пройти спокойно. Едет молодой мужчина с сыном, лет так 6-8. Пацан -
сущий штопор — папа, посмотри там, посмотри туда и т.д. Папа либо
не реагирует, либо одергивает. Тут одна сердобольная тетка, таких
везде хватает, замечает: ``Что-то у тебя внучек папа больно сердитый.``
``Да нет, папа у меня хороший, — вещает шуруп, — только он сильно
писать хочет.`` Причем громко и непосредственно, как все дети вещает.
Реакцию представьте сами.
На первой же остановке энтот папа, красный как рак, вылетел вместе
с сынулей. Причем дите летело за папой, как рисуют в мультяшках,
почти по воздуху.

Штирлиц ходил по рейхсканцелярии с расстегнутой ширинкой, из
которой высовывались красные трусы. И никто не догадывался, что
так он отмечает Первое Мая.

У Штирлица сломалась машина. Он вышел и стал копаться в мото-
ре. "Штирлиц, Вы — русский разведчик," — сказал проходивший мимо
Мюллер. — "Немец отдал бы свою машину в автосервис".

Интеллект бульдозера — в голове у тракториста

Швейцария, Берн. Штирлиц и пастор Шлаг сидят в ресторане.
Пастор, заметив, что Штирлиц ест руками, делает замечание: "Гос-
подин Штирлиц, колбасу надо брать вилкой".
Голос за кадром: "Штирлиц, конечно, знал, что колбасу надо
брать вилкой, но ему так хотелось хоть мгновение побыть самим
собой".

У меня есть достаточно нехорошая привычка порой приходить на вокзал за
минуту-две до отхода поезда. Проводники уже двери бывает задраят,
стучаться приходится. В последний вагон на ходу, случалось, вскакивал.
Но тем не менее, никогда в жизни поезд я не догонял. (тьфу-тьфу-тьфу)
Но однажды я все же попал...

Как-то зимой жутко опаздываю на поезд из Москвы. По пути на вокзал в
метро что-то случилось и мне пришлось в огромной толпе народа ждать
поезда минут двадцать пять. С собой было много поклажи, и в первые два
поезда я влезть не смог. Кое-как втиснулся в третий. Прибыв на нужную
станцию метро, я посмотрел на часы и загрустил: часы показывали
ровно-ровно время отхода поезда, куда-то бежать было уже бесполезно. Я
стал прикидывать варианты — догонять дорого и сомнительно, лучше сдать
билет и взять на другой поезд. Теперь уже совершенно не торопясь,
выбрался из метро и по перрону вокзала направился к кассе.
Но тут слышу объявление: "Уважаемые пассажиры! По техническим причинам
отправление поезда Москва — NNск откладывается на сорок минут!"
И точно — прямо рядом со мной на пути стоит мой состав! Вот радости-то!
На перроне было пусто, все уже давно залезли в вагоны, проводники
закрыли двери.
Не спеша, я подошел к своему вагону минут через пятнадцать после времени
отправления и постучал.
Дверь отворилась и проводница спросила: "Чего надо?"
Я протянул билет.
У нее глаза на лоб полезли: "Ну ты и нахал! Еще позже бы пришел! А так,
как-будто специально для тебя поезд задержали. Кстати, впервые за два
года!"
Так что опоздать — опоздал, но уехать — уехал: )

Дверь кабинета Бормана распахнулась и появившийся на пороге
незнакомец отчетливо произнес, глядя Борману прямо в глаза:
— Слоны идут на север.
— Слоны идут к черту! — вспылил Борман. — А кабинет Штирлица эта-
жем выше.

Абрам на Привозе:
— Белла Яковлевна, дайте мне 10 яиц от чёрной курицы.
— Если ты их сможешь отличить, то выбирай!
Абрам выбрал самые крупные яйца, рассчитался и ушёл.

8 Марта зять приготовил праздничный обед, пропылесосил в квартире,
протёр пыль, вымыл пол, тщательно перемыл посуду. В общем, еле успел до
приезда криминалистов.

Штирлиц сел в машину и сказал:
-Трогай.
-Ого-го! — потрогала Кэт.

Как это начиналось у нас (до первого угона самолета с убийством
бортпроводницы в августе 1972 года, в СССР на дальних авиарейсах только
тетеньки в форме проверяли билеты на входе в самолет).

События о которых пойдет речь начали происходить в сентябре 1972, в
пятницу. Будучи еще дипломником, я поучаствовал в работе, доклад о
которой надо было сделать на всесоюзной конференции в Цахкадзоре
(Армения). Но руководитель темы почему-то в последний момент не смог
поехать. Наши запоздалые попытки переделать командировку и билет на меня
окончились ничем. Тогда он (40 лет, лысый, круглолицый) отдал свои
паспорт и билет мне (21 год, с прической под Битлз, лицо вытянутое). В
последующие субботу и воскресение я ну очень хорошо отпраздновал день
Учителя с знакомыми девчонками (они начинали работать учителями сразу
после универа, а я только что стал аспирантом). В понедельник утром я на
автомате доехал до аэропорта и лег полежать на утреннем солнышке. Мой
коллега, который тоже летел на конференцию, меня нашел, построил и
поставил в очередь на посадку. Он не знал, что нам не удалось переделать
документы на мое имя. При входе в накопитель рядом с
женщиной-контролером стоял военный (может милицейский?) патруль, что
выглядело примерно как танк возле булочной сейчас. Имея слабый контакт с
реалом, я не реагировал на предложение показать билет и паспорт. Мой
коллега быстро обшарил мои карманы и нашел документы. Передвая билет и
паспорт (моего шефа) контролерше, он открыл его на странице с фото. Он
потом мне рассказал, что впервые понял, как можно думать несколько
мыслей сразу: меня надо будет спасать немедленно, в милицию нам нельзя -
допуск к секретам погорит, а без него в нашей науке делать нечего,
вязать будут как угонщиков, а ему без этой конференции лишний год ждать
защиты и несколько других, более музыкальных: нафига ему эта гармонь,
почему другим так везет (мне явно было все это по барабану) и т. п.
Время остановилось для него (я просто стоял как бревно). Контролерша
сначала внимательно изучила билет и паспорт по-отдельности. Старший
патруля впился глазами в мое лицо, видимо наблюдая моторику
потенциального угонщика самолета. Моторики не было никакой вообще -
какой там ботокс. Затем контролерша расположила паспорт и билет рядом и
стала их сличать. Патруль продолжал есть меня глазами. Наконец,
конторлерша закрыла паспорт и вернула его мене вместе с билетом, так и
не взглянув мне в лицо. Патруль паспортом не интересовался в принципе.
Нас пропустили. Все это я узнал где-то посредине полета, когда я немного
пришел в себя и товарищ мне рассказал что показывали, когда кино для
меня рвалось. Поскольку я не оценил его готовность меня спасать, товарищ
мстительно заметил, что из Еревана я буду вылетать уже один (почему — не
помню). Но Армения всегда была немного другим местом. Как оказалось в
дальнейшем, несмотря (а может — вследствие?) на то, что гора Арарат
(Турция) видна из аэропорта, никакого контроля, даже билетного! в Ереване
при вылете не было вообще.

Штирлиц щеголял в сапогох Всмятку, поскольку они уже не нужны были погибшему румынскому герою-подпольщику.

Надолго затянувшаяся чёрная полоса в моей жизни говорит только об одном — такого количества будущего счастья я, наверное, просто не переживу!

Было дело в славном городе Минске — обрыв провода. Мне домой, а
троллейбусы не идут. На кольцевой, где я хотел сесть, набежала огромная
толпа народа и я решил быть хитрее — я пошел на остановочку перед
кольцевой. Троллейбус-таки пришел, но я обнаружил, что был народ и
похитрее — они отошли на две остановки и теперь сидели довольные такие.
Я встал, держась за поручень, около сидящей могучей женщины с могучей
грудью. На кольцевой в троллейбус ворвался поток. Я с трудом держался за
поручень, но тут какой-то здоровячок придавил меня сзади и случилось
страшное — мои руки оторвались от поручня и, ища опору, уперлись в
могучие груди. Я ожидал, что последует взрыв эмоций, поднял взгляд и...
увидел довольную расплывшуюся улыбку знойной женщины. Сзади давили, руки
убрать с грудей не было никакой возможности — так и ехали — я, как
ребенок, держался за грудь, дама улыбалась. Но самое страшное случилось,
когда в троллейбус штурмом полезли рабочие после смены — меня толкнули и
я сел даме на колени. Она лишь томно вздохнула. Представьте ситуацию -
на коленях у дамы сидит 23-летний балбес и держится за грудь. Это
зрелище развеселило целый троллейбус. Начались шуточки-прибауточки, в
том числе и от знойной женщины (она оказалась без комплексов), я пытался
встать, но был буквально пригвожден к ней. Так и доехали — весело, с
шутками...
Второй забавный случай случился возле тракторного. Штурмом брали
троллейбус. В передних дверях стояла женщина со внушительной задницей.
Какой-то мужичок пытался запрыгнуть в передние двери, но задница
определенно ему мешала справится с задачей — его голова и ноги были
внутри, но остальное изогнувшееся тело снаружи — могучая попа надежно
блокировала вход. Тогда мужик, схватившись за поручни, стал делать
характерные движения тазом, пытаясь запихнуть задницу женщины вовнутрь.
На остановке все развеселились, но окончательный взрыв хохота настал
тогда, когда водитель закричал: "Мужик, кончай быстрее, мне ехать
надо!".
Героическим ударом таза мужик вогнал женскую задницу вовнутрь, двери
захлопнулись, троллейбус поехал...

Мюллер с гестаповцами переворачивали квартиру Штирлица вверх дном. Но Штирлиц спокойно сидел в кресле и иронически улыбался. Только он знал что под роскошными немецкими обоями на стенах его квартиры Кэт предварительно наклеила газеты "Правда" и "Известия"!!!...

Рассказал эту историю мне мой товарищ Саня Ч. Дело было на точке базирования АН-2,на АХР, авиахимработы — для тех кто не в теме.
Работали пацаны в Краснодарском крае, опыляли понемногу «яровые» и «озимые» суперфосфатом (удобрение такое). В один ненастный день загрузили этот самый суперфосфат в самолёт по самое «не балуйся», только собрались взлетать, тут дождище к-а-а-к зарядил! Да немного-немало, аж на три дня! Суперфосфат естественно, никто выгружать не стал. А он обидЭЛСЯ немножко, ну и стал по объёму одним большим СУПЭРФОСФАТОМ, большим куском — короче говоря!)) Стал народ репу чесать, как же его выковыривать оттедова. После недолгих мозговых потуг порешили так:
1. Снять снизу «юбку»-распылитель.
2. Взлететь.
3. Расковыривая ломом, пытаться выбросить «супер» из самоля.
Сказано-сделано. Взлетели. Летали, летали, ни хрена не получается. Не выходит — хоть убей!
Тут второй говорит командиру:
— Слышь, а давай попробуем его вытряхнуть нах!
— Каким образом?
— Ну давай «горку» что ли сделаем…
(«горка» — для непосвящённых это примерно вот такая пилотажная фигура _∩_ )
— Давай попробуем.
Начали выполнять «горку», вверх-вниз, ни хрена не выходит проклятущий «супер». Решили ещё поковырять ломом застывшую массу, дабы разрыхлить и ускорить десантирование пресловутого удобрения.
Короче, не буду вас утомлять, всё это действо продолжалось довольно долго, но в итоге искомый результат был достигнут: — вся эта «хрень» из самолёта вывалилась наконец-то!
Лётчики вздохнули с облегчением и с чувством выполненного долга пошли на посадку.
Сели, зарулили, всё нормально вроде, стоят перекуривают.

Глядь — бежит в их сторону местный житель. Причём не один так бежит, а ещё в компании. С топором.
Огляделись наши пацаны вокруг… А деревьев-то и нету нигде рядом, рубить вроде как нечего. Второй говорит командиру:
— Братуха, по-моему у этого мужчины, судя по его выражению лица, весьма недобрые намерения по отношению к нам, как думаешь? Я вот думаю — он сейчас нас заготавливать на зиму будет.
— Это почему ты такие выводы сделал?
— А ты прислушайся, он вроде как что-то про оральный контакт со всей гражданской авиацией кричит…
Пока происходил весь этот диалог, абориген с томагавком подобрался вплотную, и экипаж уже понял окончательно: дядя-то по их душу прибёг. Началась сдача норм ГТО по бегу вокруг АН-2, во время которой мужик подкреплял намерения порешить лётчиков трёхэтажным виртуозным матом, попутно рассказывая какую он им «Кама-Сутру» устроит, когда догонит. В итоге победила молодость, мужик выдохся первый, остановился, сел на землю и заплакал.
— Сука, козлы вы летающие, мать вашу… Асы, бля, Геринга… Одна животина была в хозяйстве… И ту, гондурасы вы кукурузные, замочили…
Лётчики с опаской приблизились к рыдающему дядьке.
— Слышь, ты это…, объясни что к чему… А то прибежал, и давай с топором гоняться...
— Да что объяснять… Пошли, сами посмотрите…
Лётчики уже поняли, что случилось нечто неординарное и направились за мужиком. Когда он их привёл на место происшествия, то там им открылась следующая картина из военных фильмов:
Дорога, вся покрытая кусками суперфосфата, разбитая в хлам телега с устремлёнными в небо оглоблями и перед ней, огромный кусок «супера», из под которого торчали чьи-то хвост и копыта, указующие на принадлежность этого создания к отряду «ахалтекинцев местного розлива».
— Да-а-а мля… Нехорошо с лошадкой получилось, — промолвил командир.
— Нехило отбомбились. Глянь, а телега — как памятник самолету во Внуково, — поддакнул второй пилот.
— Вы, хлопцы, ещё не все видели. Пошли, я вам ещё один памятник покажу, — мрачно сказал теперь уже «безлошадный» мужик и добавил, вздохнув:
— В войну цены бы вам не было… Ночные ведьмы, мля.
Двинулись они дальше осматривать результаты «бомбометания». Следующим павшим объектом оказался колхозный курятник, стоящий поодаль. Точнее — то, что от него осталось. Осталось, конечно. Но очень немного. Шифера так, совсем чуть-чуть. Кускового, так можно сказать уже конечно. Да и поголовье куриное в общем сильно прорядили.

Я не в том возрасте, чтоб неосознанно делать глупости. Я в том возрасте, когда их делают осознанно и с удовольствием.

Штирлиц увидел людей на опушке , которые одевали лыжи.
— Лыжники.— смекнул Штирлиц.

Еду в метро. На "Бауманской" вваливается толпа так называемых студентов. У большинства в ушах наушники. Одного такого "студиозуса" толпа притискивает ко мне. За спиной у него рюкзак или что-то его заменяющее. Под неслышную мне музыку подергивается, часто задевая меня своим рюкзаком.
Я, в приницпе, не люблю людей с рюкзаком за спиной в вагоне метро. Считаю, что культурный человек его снимет при входе в вагон, чтобы не мешать другим. Впрочем, это существо к культурным явно не относится. Студент, блин, чего с него взять? Да еще и подергивается...
Несколько раз тыркаю его кулаком в рюкзак, чтобы отстранить от себя. Не помогает. Наконец, до него доходит, что что-то не так.
Выдергивает наушник из одного уха и спрашивает что-то типа "Чё такое?".
Объясняю ему не очень ласковым тоном — ты, мол, кошёлку свою сними, мешаешь.
В глазах у него появляется что-то типа относительно осмысленного выражения и он со спесью выдает:"Не сними, а снимите!"
Тут с ним спорить трудно, действительно надо на "вы", чтобы не задеть его, козла, чувство собственного достоинства.
Поэтому наклоняюсь к нему и вежливо, ласково глядя ему в глаза, сладким голосом прошу: "Пожалуйста, снимите вашу кошелку НА Х..Й!".
Кошелка опускается на пол вместе с его челюстью...
Занавес.

В магазине канцтоваров:
— Мне нужен кульман.
— Нету Кульмана, в командировке..
— Да нет, мне для ватмана..
— Ватмана посадили..
— Нет, вы меня не так поняли, я — дизайнер..
— Вижу, что не Иванов!

Гордость сахалинской авиации и российского самосознания.
Дело было летом. Группа врачей Сахалинской областной больницы направлялась в командировку на Курильские острова. Рейс, как обычно, неоднократно откладывался по погодным условиям. Самолет тупо не мог вылететь с наших дивных островов. В аэропорту уже скопилось около 400 пассажиров с разными датами вылета. Неожиданности на то они и неожиданности, чтобы происходить неожиданно. Оказалось, что на Курилы летит зафрахтованный буржуйско-швейцарской компанией самолет с буржуйско-швейцарским туристами, и на нем как раз есть свободные места для наших доблестных врачей.
Посадили их в конце салона, ибо нефиг – «эконом» значит «эконом» и взлетели.
Неожиданно из-за шторки стали раздаваться возмущенные крики стюардессы.
«…Я сказала, что обед выносить не буду! Значит не буду! Что значит уволите? Да похеру! Увольняйте!... Как я буржуям обед вынесу, а нашим врачам нет? Да пошел ты на …уй! Или всем или никому!» Раздался звук брошенной со всей могучей стюрдесской силы телефонной трубки.
Спустя несколько минут стюардесса разнесла всем соки и минеральную воду и алкоголь по желанию.
Без обеда остались все. В том числе: зам главы правительства Швейцарии, владелец всем известной швейцарской фармацевтической компании. Пару министров из той же страны и прочие швейцарские небожители, летевшие этим рейсом.

А когда стюардесса проходила мимо врача, который и рассказал мне эту историю, он сказал ей:
"Я горжусь своей страной!"
На что она скромно улыбнулась.

"Думаете, легко работать на две Ставки?" — вздыхал Штирлиц.

Рукописи не горят! — воскликнули сценарист и режиссёр "Мастера и Маргариты".
-Горят и ещё как, вот, помнится, за завтраком у Гоголя я говорил ему… — начал свой рассказ Воланд.

На Урале внезапно останавливается поезд. Через некоторое время самый нетерпеливый пассажир высовывается в окно и кричит:
— Эй, на паровозе! В чем дело?
В ответ:
— Меняем локомотив!
Все терпеливо ждут. Через час ситуация повторяется:
— Ну, что сменяли?
В ответ радостно:
— Да, на три ящика водки!

Из серии "Когда я был маленьким..."

Когда-то я тоже был маленьким. И тоже ходил в школу. И у нас тоже были каникулы. И даже зимние. Начинались они, как и у всех, за день или два до Нового года.

Было это в классе пятом или шестом, в эпоху, которую сейчас модно называть "расцветом застоя". Случилось так, что в первый день зимних каникул ударил сильный мороз. Градусов в тридцать пять. Не такое уж и событие для наших краев, хотя был бы учебный день — его объявили бы актированным. Но это были уже каникулы, и актированным этот день быть никак не мог, а в школу идти было нужно, так как по тогдашней традиции в первый день зимних каникул производилась генеральная уборка класса с последующей выдачей дневников. Одели меня родители "по фактической погоде" и отправили в школу. "Кворума" для генеральной уборки, естественно, не набралось, поэтому получил я свой дневник и отправился в обратный путь.

Стою на практически пустой остановке. Автобусов нет долго — как заведено, из-за внезапно ударившего мороза половина из них просто не завелась, а другая отдыхала в парке между утренним и обеденным часами пик. Нельзя сказать, что я замерзал — одет был, все-таки, по погоде. Да и ветра в такой мороз обычно не бывает — солнечно и полный штиль. Очень красивая, кстати, погода. Из-за дальнего поворота появился автобус. Радость. Радость, по мере приближения, сменилась разочарованием — маршрут совсем не мой. Автобус остановился, открылась дверь — внутри пусто. И тут водитель кричит мне из кабины сквозь салон: "Заходи!". Я пытаюсь объяснить, что маршрут не мой, но он не слушает и заявляет, что ему как раз в ту сторону, куда мне нужно. Зашел. Вопросов на тему, откуда он знает, куда мне нужно, как-то не возникло. Попутно не возникло еще много каких вопросов из тех, которые обязательно возникли бы в наши дни. Автобус был стажерский, то есть за спиной водителя была оборудована специальная кабинка, где, на возвышении, должен был сидеть инструктор, когда автобусом управлял стажер. В эту кабинку и загнал меня водитель. Поехали. В кабинке было очень тепло и уютно. Разговорились. Слово за слово — разузнал он, куда мы все-таки едем и, минуя все остановки, привез прямиком к дому.

С наступлением холодов я часто вспоминаю эту историю, и становится чуточку теплее. И еще думаю, вот интересно, в наши дни такое возможно? Возможно ли в наши дни, чтобы водитель автобуса сошел с маршрута, чтобы подвести до дому замерзающего мальчонку? Вряд ли. Высадить — пожалуйста, а подвезти — нет. Даже если очень захочет — не сможет, ГЛОНАСС не даст. Все ходы записаны.

А может это был мой личный Дед Мороз? Не тот театральный, что из телевизора, в бороде и с мешком подарков по сто рублей, а настоящий, с обычной внешностью и очень добрый...

Возле подворотни стоит человек и мочится. К нему подходит интеллигент в пенсне и шляпе:
— Простите, вы не скажете, где тут консерватория?
— Да сцы здесь...

Штирлиц подумал: — Да-а, эти немцы похоже все уже лет 20 не стояли на лыжах!!!