Категории » Анекдоты » Популярные » Случайные » Добавить
- Авиация и транспорт
- Авто и ГИБДД
- Армия
- Афоризмы и смешные фразы
- Бизнес и финансы
- Блондинки
- Власть и политика
- Вовочка
- Геи
- Города
- Дети
- Евреи
- Животные и насекомые
- Злободневно
- Знаменитости
- Кино и ТВ
- Компьютеры и интернет
- Короткие анекдоты
- Криминал
- Любовь
- Ляпы
- Медицина и здоровье
- Мужчины и женщины
- Мультфильмы
- Наркоманы и пьяницы
- Наука и учеба
- Национальности
- Новые русские
- О жизни
- Объявления и реклама
- Охота и рыбалка
- Парни и девушки
- Пошлые анекдоты
- Праздники и значимые даты
- Прикольные истории
- Работа
- Разные
- Семья
- Сказочные
- Советские
- Спорт
- Старики и старухи
- Студенты
- Телефонные приколы
- Теща
- Цитаты
- Рунета
- Черный юмор
Проснувшись, Штирлиц вспомнил, что вчера на приеме у Мюллера он наговорил лишнего. Решив выяснить все разом, он вошел в кабинет и обратился к Мюллеру:
— Вы догадались, что я русский агент?
— Нет, — признался тот.
— Слава Богу, — сказал Штирлиц и со спокойной душой отправился домой.
— Вы догадались, что я русский агент?
— Нет, — признался тот.
— Слава Богу, — сказал Штирлиц и со спокойной душой отправился домой.
Перед выборами надо выпускать туалетную бумагу с символикой участвующих
партий. Лидер продаж выбывает...
партий. Лидер продаж выбывает...
— Можно у вас стрельнуть сигарету?
— Если у вас есть чем стрельнуть, я отдам всю пачку!
— Если у вас есть чем стрельнуть, я отдам всю пачку!
Приходит как-то Путин к Медведеву:
— Дим, а давай высшую меру обратно введем, а?
— Вова, это же жестоко.
— Дим, ну пожалуйста! Хотя бы на один день!
— Но зачем?
— Ты понимаешь, тут один мужик сказал, что моя книга по дзюдо — полное
фуфло...
— Дим, а давай высшую меру обратно введем, а?
— Вова, это же жестоко.
— Дим, ну пожалуйста! Хотя бы на один день!
— Но зачем?
— Ты понимаешь, тут один мужик сказал, что моя книга по дзюдо — полное
фуфло...
Желания водителя трамвая ограничены рельсами и правилами дорожного движения
Историей про богатую толстушку навеяло. Прошлым летом ехал я метро.
Напротив меня сидела симпатичная толстушка лет тридцати. Не женщина -
образ! Полненькая, лицо хорошенькое кукольное, губки бантиком, волосы
аккуратно уложены, кофточка какая-то с вырезом, юбочка... все такое...
ладненькое. Ножки маленькие полненькие в туфельках. Хоть картину пиши -
молодая купчиха. Прелесть! И читала она книжку, такую маленькую в
бумажном переплете. С упоением читала, приоткрыв ротик. Я так и
представил, как она достает платочек и плачет над нежной любовной
сценой. Однако, когда она собралась выходить, я увидел, что она читает.
Книжка в черной обложке называлась "Спецназ ГРУ".
Напротив меня сидела симпатичная толстушка лет тридцати. Не женщина -
образ! Полненькая, лицо хорошенькое кукольное, губки бантиком, волосы
аккуратно уложены, кофточка какая-то с вырезом, юбочка... все такое...
ладненькое. Ножки маленькие полненькие в туфельках. Хоть картину пиши -
молодая купчиха. Прелесть! И читала она книжку, такую маленькую в
бумажном переплете. С упоением читала, приоткрыв ротик. Я так и
представил, как она достает платочек и плачет над нежной любовной
сценой. Однако, когда она собралась выходить, я увидел, что она читает.
Книжка в черной обложке называлась "Спецназ ГРУ".
Многие удивляются, как это "Партия Жуликов и Воров" получили 50% голосов?
Читаем внимательно начало вопроса: "Партия жуликов... "
Читаем внимательно начало вопроса: "Партия жуликов... "
Ты у нас зонтик забыл в прошлый раз, вот возвращаем. Как говорится в целости и сохранности! Только он запачкался немного, да, у него еще ручка немного треснула, ну как треснула — отпала совсем. А спицы мы вот отдельно положили, они в полном порядке. Ну вот и все, ты это, в будущем аккуратней будь... не забывай ничего.
Мама (шепотом):
— Вовочка, твой дедушка очень болен, скажи ему что-нибудь ободряющее.
Вовочка:
— Дедушка, ты хотел бы, чтобы на твоих похоронах играл военный оркестр?
Дрон
— Вовочка, твой дедушка очень болен, скажи ему что-нибудь ободряющее.
Вовочка:
— Дедушка, ты хотел бы, чтобы на твоих похоронах играл военный оркестр?
Дрон
Учительница ботаники была задержана сотрудниками ФСКН за распространение гербария.
Про скорострельность. Вспомнился подслушанный на работе диалог.
Одна девушка хвасталась, мол, познакомилась с парнем, кафе-букетики, и вот вчера был секс. Она с таким придыханием сообщает:
— Ты представляешь... он минут 40 не кончал.
Вторая мрачно отвечает:
— Лена! У меня муж алкаш. Так вот он и два часа не может кончить. И это нифига не радость, бля!
Одна девушка хвасталась, мол, познакомилась с парнем, кафе-букетики, и вот вчера был секс. Она с таким придыханием сообщает:
— Ты представляешь... он минут 40 не кончал.
Вторая мрачно отвечает:
— Лена! У меня муж алкаш. Так вот он и два часа не может кончить. И это нифига не радость, бля!
Летят в самолете Зюганов, Черномырдин и Жириновский.
Самолет падает и разбивается.
Вопрос: кто в этом случае спасся?
Ответ: РОССИЯ
шауль
Самолет падает и разбивается.
Вопрос: кто в этом случае спасся?
Ответ: РОССИЯ
шауль
Этот новый год уникальный: люди начали массово пить с 20 декабря...
Те, кто думает, будто в метро ездят скромные, не склонные к понтам люди, просто никогда не видел, с каким презрением читающие с телефонов с экраном 5 дюймов косятся на читающих с телефонов с экраном 4 дюйма.
В автобусе:
— Девушка, девушка, дайте угадаю! Вы — балерина!?
— Да! А как вы узнали?
— Просто вы ногой за поручень держитесь...
— Девушка, девушка, дайте угадаю! Вы — балерина!?
— Да! А как вы узнали?
— Просто вы ногой за поручень держитесь...
Разговор двух немецких разведчиц:
-Представляешь, Мюллер потребовал, чтобы я переспала со Штирлицем и выведала у него план наступления советской армии на Берлин!
-А если он ничего не расскажет?
-Ну тогда хоть пересплю.
-Представляешь, Мюллер потребовал, чтобы я переспала со Штирлицем и выведала у него план наступления советской армии на Берлин!
-А если он ничего не расскажет?
-Ну тогда хоть пересплю.
Разбился автобус с депутатами Госдумы. Объявлен траур по автобусу.
Никогда не думал, что буду целоваться с беззубой, целовать ей ноги, носить на руках... Жду не дождусь, когда она начнет меня называть "ПАПОЙ"
У меня МЕRСЕDЕS — один комфорт!
У меня ВМW — один отдых!
А у меня МАРШРУТКА — один, ПЕРЕДАЙТЕ!
У меня ВМW — один отдых!
А у меня МАРШРУТКА — один, ПЕРЕДАЙТЕ!
Самым первым новым русским был Штирлиц: жил в особняке, ездил на
Мерседесе и "крышевал" Пастора Шлага.
(C) Роби
Мерседесе и "крышевал" Пастора Шлага.
(C) Роби
Уважаемый Владимир Владимирович. Я прочел в газете, что после вашего
пилотирования самолета сразу начали тушиться пожары по всей нашей
необъятной стране. В связи с этим хочу предложить вам маленький вояж:
Покататься на комбайне в Приднестровье, поработать с металлом на ВАЗе,
добыть хотя бы ведро угля (давайте место сделаем сюрпризом), и, наконец,
вместе с бухгалтерами Газпрома посчитать налоги.
пилотирования самолета сразу начали тушиться пожары по всей нашей
необъятной стране. В связи с этим хочу предложить вам маленький вояж:
Покататься на комбайне в Приднестровье, поработать с металлом на ВАЗе,
добыть хотя бы ведро угля (давайте место сделаем сюрпризом), и, наконец,
вместе с бухгалтерами Газпрома посчитать налоги.
Посвящается всем подвисшим в московских аэропортах в последнюю декаду
2010 года.
Зал вылета. Регистрация. Полсотни стоек. Перед ними огромная толпа, уже
даже отдалённо не напоминающая очередь. Стойки все пустые. Сотрудников
аэропорта нигде не видно. Зато есть немного омоновцев. На лентах приёма
багажа и просто на полу спят потенциальные пассажиры. Часть рейсов
отменена, часть задержана. На два-три рейса совершенно бесполезно
объявлена регистрация (см. выше: на стойках регистрации всё равно никого
нет). Терминалы автоматической регистрации цинично посылают пассажиров
одного за другим. С десятого раза получается всё-таки получить
посадочный талон. Ура!... Да, перед тем как повернуться к
человеку филейной частью, фортуне хочется его немного подразнить.
Багаж. А что делать с чемаданом? Стойки, предназначенные для приёма
багажа, также пусты. В «зелёном» коридоре нету даже таможника, впрочем в
«красном» тоже. Единственный доступный сотрудник аэропорта – тётенька,
принимающая негабаритный багаж. На контакт не идёт. Делает вид, что я,
стоящий в двух метрах от неё, нахожусь на самом деле в паралельной
вселенной. У одной мадам, также желающей сдать багаж, сдают нервы и она
закатывает истерику. Тётка-багажница продолжает смотреть взглядом
опытного буддиста куда-то в сторону и делать вид, что её тут нет.
Паспортный контроль. Тут есть живые люди, но на контакт они тоже не
идут. Просто проверяют паспорта. Ну да, у них работа такая.
Контроль перед проходом в посадочную зону.
— Так, чемодан сдавайте в багаж.
— Куда?
— На стойке регистрации.
— Там никого нет.
— Сюда с вашим чемоданом нельзя.
— Позовите вашего начальника.
Вместо ответа мужик начинает о чём-то общаться с рацией. Рация отвечает
взаимностью.
— Идите на стойку приёма багажа, сейчас она откроется, — говорит он
спустя минуту. После чего также мгновенно принимает буддизм и
незамедлительно выходит в астрал, полностью теряя со мной вербальный
контакт. До вылета рейса меньше часа. Интересно, это так меня элегантно
послали? Ладно, поверим на слово... Идём на выход. А, как покажет
будущее, это было сделано зря. Надо было капать на мозги мужику до
победного. Ну что же, в состоянии стресса люди часто делают глупости. Я
не исключение.
Снова зал регистрации. На некоторых стойках стали появляться сотрудники
аэропорта. Пытаюсь пробиться к кому-нибудь из них. Безрезультатно.
Настроение в очереди, а вернее — в толпе, как при посадке на последний
пароход в Константинополь. Пару раз чуть не получаю в морду. Пытаюсь
просто передать чемодан и посадочный талон «по верху». Через пять минут
чемодан возвращается. Ещё через пять возращается посадочный. Стойки
опять закрываются. До вылета менее получаса.
Тот же зал. Те же стойки. Долгожданное общение с сотрудницей аэропорта.
Она:
— А ваш рейс уже улетел.
— Правда? — делаю издевательски-удивлённое выражение лица, — А почему
без меня? Вот мой посадочный талон, я зарегистрировался на рейс.
— Вы сами пропустили рейс... Ничем не могу помочь.
— Девушка, меня от вас могут отлипить только омновцы, и вообще я вам
буду сниться весь наступающий год, и сны будут вовсе не эротические...
Снова паспортный контроль. В руках новый посадочный талон на следующий
рейс.
Посадочная зона. Кто-то спит на лавках. Где-то плачет ребёнок. Два
мужика в галстуках устроили пикник, сидя прямо посреди зала на
расстеленных пальто и приканчивая бутылку вискаря. Судя по всему, не
первую. Да и, судя по табло («рейс задержан»... «рейс задержан»... «рейс
задержан»...), явно не последнюю.
Там же. Мужик, сидящий рядом со мной в курилке, начинает тихо хихикать.
Встречаюсь с ним взгладом.
— Давно тут? – спрашивает он.
— С утра.
— А мы двое суток уже. Четверо детей и жена беременная...
Понимаю, что у мужика просто тихая истерика. Просто, как мужественный
человек, понимающий ответственность за семью, он ещё держится.
Сотрудников аэропорта нигде не видно. В соседнем терминале лёгкий
полумрак. И даже некий интим. На самом дальнем ряду сидений какая-то
парочка вытаскивает страну из демографической ямы. Интересно, они раньше
были знакомы? Или их свела вместе эта дурацкая ситуация? Ну, что же,
хоть кому-то здесь хорошо...
Появляются сотрудники аэропорта. Их немного и они тоже ничего не знают.
Одна тётенька с бейджиком, стыдливо спрятанным в карман, признаётся, что
сама не может связаться со своим начальством и, поэтому, вообще не в
теме. Начинают раздавать бесплатную воду. Хорошо.
Откуда-то снизу раздаются крики. Спускаюсь посмотреть. Небольшой зал,
для выхода на посадку. Около одного из выходов стоит толпа брюнетов.
Такое впечатление, что на вылетающий рейс продавали билеты только
мужчинам молодого и среднего возраста и, причём, только одной
национальности. Идёт стихиный митинг. Оратор, возвышаясь над толпой,
очень убедительно вещает на непонятном мне языке. Вспоминаются кадры
новостей из сектора Газа. За стеклянной дверью выхода на посадку стоят
сотрудники милиции и, судя по всему, не испытывают особого комфорта в
этой ситуации. В ответ на очередное изречение стихийного лидера
(сомневаюсь, что это было что-то из Омар-Хайма) в толпе раздаются
одобрительные крики. Понимаю, что мне лучше отсюда убраться и в
дальнейшем больше тут не появляться.
В барах веселятся стихийно создавшиеся, но уже сильно сплочённые
компании. Фотографируются, обмениваются телефонами. В одном из баров
висит постер с Томом Хэнксом («Терминал», если кто не понял). Стоит
очередь сфотографироваться возле него, встав в профиль и копируя позу
Хенкса на постере.
Разговарился с барменшей. Зря я это сделал. Наслушался ужасов. Пришлось
усугубить для поднятия боевого духа. Сидящая рядом семейная пара
оплакивает свой неудавшийся отпуск. Разговорились. Ещё немного
усугубили. Подружились.
Народ по очереди подходит к пустующим стойкам у выходов на посадку.
Микрофоны не выключены. Нажав на кнопку можно поделиться своим
внутренними миром с половиной терминала, чем и пользуются недовольные
пассажиры. Пальма первенства принадлежит парню, составившему своё
послание исключительно из матерных слов и слова «аэропорт». Таких оваций
не срывал даже Брежнев на съездах КПСС.
Объявляют посадку. Сначала летят «сегодняшние» рейсы, потом «вчерашние»
и «позавчерашние». Несправедливо как-то. Кто-то обречён на третью ночь в
аэропорту. Хочется верить, что это обычный бардак, а вовсе не желание
кого-то из начальства отчитаться, что «работа аэропорта восстановлена,
все пассажиры вылетают по расписанию», забыв при этом о тех, кто уже
начинает считать терминал своим домом.
Последняя картина, когда тягач уже тащит самолёт от терминала: в свете
прожекторов на фоне здания стоит одинокий человек и долбится ломом
куда-то вниз. Эпично.
Итог: почти сутки в аэропорту. Четыре пива, два бутерброда, пачка
сигарет и один коротенький рассказ.
Привет всем, кто себя узнал.
2010 года.
Зал вылета. Регистрация. Полсотни стоек. Перед ними огромная толпа, уже
даже отдалённо не напоминающая очередь. Стойки все пустые. Сотрудников
аэропорта нигде не видно. Зато есть немного омоновцев. На лентах приёма
багажа и просто на полу спят потенциальные пассажиры. Часть рейсов
отменена, часть задержана. На два-три рейса совершенно бесполезно
объявлена регистрация (см. выше: на стойках регистрации всё равно никого
нет). Терминалы автоматической регистрации цинично посылают пассажиров
одного за другим. С десятого раза получается всё-таки получить
посадочный талон. Ура!... Да, перед тем как повернуться к
человеку филейной частью, фортуне хочется его немного подразнить.
Багаж. А что делать с чемаданом? Стойки, предназначенные для приёма
багажа, также пусты. В «зелёном» коридоре нету даже таможника, впрочем в
«красном» тоже. Единственный доступный сотрудник аэропорта – тётенька,
принимающая негабаритный багаж. На контакт не идёт. Делает вид, что я,
стоящий в двух метрах от неё, нахожусь на самом деле в паралельной
вселенной. У одной мадам, также желающей сдать багаж, сдают нервы и она
закатывает истерику. Тётка-багажница продолжает смотреть взглядом
опытного буддиста куда-то в сторону и делать вид, что её тут нет.
Паспортный контроль. Тут есть живые люди, но на контакт они тоже не
идут. Просто проверяют паспорта. Ну да, у них работа такая.
Контроль перед проходом в посадочную зону.
— Так, чемодан сдавайте в багаж.
— Куда?
— На стойке регистрации.
— Там никого нет.
— Сюда с вашим чемоданом нельзя.
— Позовите вашего начальника.
Вместо ответа мужик начинает о чём-то общаться с рацией. Рация отвечает
взаимностью.
— Идите на стойку приёма багажа, сейчас она откроется, — говорит он
спустя минуту. После чего также мгновенно принимает буддизм и
незамедлительно выходит в астрал, полностью теряя со мной вербальный
контакт. До вылета рейса меньше часа. Интересно, это так меня элегантно
послали? Ладно, поверим на слово... Идём на выход. А, как покажет
будущее, это было сделано зря. Надо было капать на мозги мужику до
победного. Ну что же, в состоянии стресса люди часто делают глупости. Я
не исключение.
Снова зал регистрации. На некоторых стойках стали появляться сотрудники
аэропорта. Пытаюсь пробиться к кому-нибудь из них. Безрезультатно.
Настроение в очереди, а вернее — в толпе, как при посадке на последний
пароход в Константинополь. Пару раз чуть не получаю в морду. Пытаюсь
просто передать чемодан и посадочный талон «по верху». Через пять минут
чемодан возвращается. Ещё через пять возращается посадочный. Стойки
опять закрываются. До вылета менее получаса.
Тот же зал. Те же стойки. Долгожданное общение с сотрудницей аэропорта.
Она:
— А ваш рейс уже улетел.
— Правда? — делаю издевательски-удивлённое выражение лица, — А почему
без меня? Вот мой посадочный талон, я зарегистрировался на рейс.
— Вы сами пропустили рейс... Ничем не могу помочь.
— Девушка, меня от вас могут отлипить только омновцы, и вообще я вам
буду сниться весь наступающий год, и сны будут вовсе не эротические...
Снова паспортный контроль. В руках новый посадочный талон на следующий
рейс.
Посадочная зона. Кто-то спит на лавках. Где-то плачет ребёнок. Два
мужика в галстуках устроили пикник, сидя прямо посреди зала на
расстеленных пальто и приканчивая бутылку вискаря. Судя по всему, не
первую. Да и, судя по табло («рейс задержан»... «рейс задержан»... «рейс
задержан»...), явно не последнюю.
Там же. Мужик, сидящий рядом со мной в курилке, начинает тихо хихикать.
Встречаюсь с ним взгладом.
— Давно тут? – спрашивает он.
— С утра.
— А мы двое суток уже. Четверо детей и жена беременная...
Понимаю, что у мужика просто тихая истерика. Просто, как мужественный
человек, понимающий ответственность за семью, он ещё держится.
Сотрудников аэропорта нигде не видно. В соседнем терминале лёгкий
полумрак. И даже некий интим. На самом дальнем ряду сидений какая-то
парочка вытаскивает страну из демографической ямы. Интересно, они раньше
были знакомы? Или их свела вместе эта дурацкая ситуация? Ну, что же,
хоть кому-то здесь хорошо...
Появляются сотрудники аэропорта. Их немного и они тоже ничего не знают.
Одна тётенька с бейджиком, стыдливо спрятанным в карман, признаётся, что
сама не может связаться со своим начальством и, поэтому, вообще не в
теме. Начинают раздавать бесплатную воду. Хорошо.
Откуда-то снизу раздаются крики. Спускаюсь посмотреть. Небольшой зал,
для выхода на посадку. Около одного из выходов стоит толпа брюнетов.
Такое впечатление, что на вылетающий рейс продавали билеты только
мужчинам молодого и среднего возраста и, причём, только одной
национальности. Идёт стихиный митинг. Оратор, возвышаясь над толпой,
очень убедительно вещает на непонятном мне языке. Вспоминаются кадры
новостей из сектора Газа. За стеклянной дверью выхода на посадку стоят
сотрудники милиции и, судя по всему, не испытывают особого комфорта в
этой ситуации. В ответ на очередное изречение стихийного лидера
(сомневаюсь, что это было что-то из Омар-Хайма) в толпе раздаются
одобрительные крики. Понимаю, что мне лучше отсюда убраться и в
дальнейшем больше тут не появляться.
В барах веселятся стихийно создавшиеся, но уже сильно сплочённые
компании. Фотографируются, обмениваются телефонами. В одном из баров
висит постер с Томом Хэнксом («Терминал», если кто не понял). Стоит
очередь сфотографироваться возле него, встав в профиль и копируя позу
Хенкса на постере.
Разговарился с барменшей. Зря я это сделал. Наслушался ужасов. Пришлось
усугубить для поднятия боевого духа. Сидящая рядом семейная пара
оплакивает свой неудавшийся отпуск. Разговорились. Ещё немного
усугубили. Подружились.
Народ по очереди подходит к пустующим стойкам у выходов на посадку.
Микрофоны не выключены. Нажав на кнопку можно поделиться своим
внутренними миром с половиной терминала, чем и пользуются недовольные
пассажиры. Пальма первенства принадлежит парню, составившему своё
послание исключительно из матерных слов и слова «аэропорт». Таких оваций
не срывал даже Брежнев на съездах КПСС.
Объявляют посадку. Сначала летят «сегодняшние» рейсы, потом «вчерашние»
и «позавчерашние». Несправедливо как-то. Кто-то обречён на третью ночь в
аэропорту. Хочется верить, что это обычный бардак, а вовсе не желание
кого-то из начальства отчитаться, что «работа аэропорта восстановлена,
все пассажиры вылетают по расписанию», забыв при этом о тех, кто уже
начинает считать терминал своим домом.
Последняя картина, когда тягач уже тащит самолёт от терминала: в свете
прожекторов на фоне здания стоит одинокий человек и долбится ломом
куда-то вниз. Эпично.
Итог: почти сутки в аэропорту. Четыре пива, два бутерброда, пачка
сигарет и один коротенький рассказ.
Привет всем, кто себя узнал.
— Слушай! Мой друг очень любит говорить со мной по телефону, а я терпеть
не могу весь этот треп. Просто не знаю, как ему вежливо сказать об
этом...
— А ты ничего не говори — просто дай ему денег в долг...
не могу весь этот треп. Просто не знаю, как ему вежливо сказать об
этом...
— А ты ничего не говори — просто дай ему денег в долг...
Во время пекинской олимпиады выяснилось, что у китайских штангистов глаза нисколько не узкие...
Каждая красивая женщина страдает минимум двумя болезнями — манией величия и манией преследования.
-Ashen: Да, кстати, о ситуации с паролями пользователей. В отдел IT необходимо купить шреддер -Александр: ага, и черепашек-ниндзя
Ехал в метро. Понедельник, утро. Машинист, видимо, после выходных, то
рвал с места, то выжимал тормоз на полную. Народ, ессно, телепало по
вагонам как мячики, из одного конца вагона — в другой. Наконец, после
очередного торможения, из груды тел кое-как поднимается здоровенный
мужик, нажимает на связь с водителем. Видимо, что-то не так соединило,
потому что на весь вагон раздался его хриплый бас:
— Еще раз так сделаешь, мудило, я к тебе подкрадусь — и вы@бу...
Народ упал уже без всяких рывков. Дальше водила ехал пла-авно...
рвал с места, то выжимал тормоз на полную. Народ, ессно, телепало по
вагонам как мячики, из одного конца вагона — в другой. Наконец, после
очередного торможения, из груды тел кое-как поднимается здоровенный
мужик, нажимает на связь с водителем. Видимо, что-то не так соединило,
потому что на весь вагон раздался его хриплый бас:
— Еще раз так сделаешь, мудило, я к тебе подкрадусь — и вы@бу...
Народ упал уже без всяких рывков. Дальше водила ехал пла-авно...
Советские солдаты в 1945-ом поймали в Берлине Штирлица.
— Ага, попалась, эсэсовская морда!
— Да вы что, я же полковник Исаев!
— Молчать, курва немецкая!
— Я русский разведчик..
Получает прикладом автомата по яйцам.
— Бля, да вы че охуели!!!!
— Извините, не признали, товарищ полковник.
— Ага, попалась, эсэсовская морда!
— Да вы что, я же полковник Исаев!
— Молчать, курва немецкая!
— Я русский разведчик..
Получает прикладом автомата по яйцам.
— Бля, да вы че охуели!!!!
— Извините, не признали, товарищ полковник.
Дело было в далеком 198— году. г. Екатеринбург, трамвайная остановка
"Белореченская". Людей человек 40. Все ждут своего трама.
Крутится цыганенок лет 10, спрашивает: "Люди, хотите знать что будет
через 10 лет?" Всем скинуться по 10 копеек. Все скинулись,
заинтересованно глядят, но молчат. Цыганенок собирает деньги, отходит в
сторонку, расстегивает ширинку и говорит: "Сейчас это писька, а через 10
лет это будет хуй". За ним никто не погнался.
"Белореченская". Людей человек 40. Все ждут своего трама.
Крутится цыганенок лет 10, спрашивает: "Люди, хотите знать что будет
через 10 лет?" Всем скинуться по 10 копеек. Все скинулись,
заинтересованно глядят, но молчат. Цыганенок собирает деньги, отходит в
сторонку, расстегивает ширинку и говорит: "Сейчас это писька, а через 10
лет это будет хуй". За ним никто не погнался.
Темной, промозглой ночью Штирлиц шел в Дрезден, с трудом разбирая дорогу.
На утро железная дорога между Дрезденом и Берлином была полностью разобрана.
На утро железная дорога между Дрезденом и Берлином была полностью разобрана.
