Анекдот № 81766
Гусары отдыхают, пьт портвейн, веселятся с девками. Вдруг слышат, что по леснице поднимается
пьяный Ржевский.
— Ну вот как всегда, сейчас прийдет Ржевской и все опошлит.
Заходит Ржевский и говорит:
— Кстати о женщинах...
Тут же его хватают и выбрасывают в окно.
— Жаль что из-за такой сволочи стекло разбили.
Ржевский влазит через окно:
— Кстати о стекле. Мой кузен членом стаканы колол.
пьяный Ржевский.
— Ну вот как всегда, сейчас прийдет Ржевской и все опошлит.
Заходит Ржевский и говорит:
— Кстати о женщинах...
Тут же его хватают и выбрасывают в окно.
— Жаль что из-за такой сволочи стекло разбили.
Ржевский влазит через окно:
— Кстати о стекле. Мой кузен членом стаканы колол.
Категории » Анекдоты » Популярные » Случайные » Добавить
- Авиация и транспорт
- Авто и ГИБДД
- Армия
- Афоризмы и смешные фразы
- Бизнес и финансы
- Блондинки
- Власть и политика
- Вовочка
- Геи
- Города
- Дети
- Евреи
- Животные и насекомые
- Злободневно
- Знаменитости
- Кино и ТВ
- Компьютеры и интернет
- Короткие анекдоты
- Криминал
- Любовь
- Ляпы
- Медицина и здоровье
- Мужчины и женщины
- Мультфильмы
- Наркоманы и пьяницы
- Наука и учеба
- Национальности
- Новые русские
- О жизни
- Объявления и реклама
- Охота и рыбалка
- Парни и девушки
- Пошлые анекдоты
- Праздники и значимые даты
- Прикольные истории
- Работа
- Разные
- Семья
- Сказочные
- Советские
- Спорт
- Старики и старухи
- Студенты
- Телефонные приколы
- Теща
- Цитаты
- Рунета
- Черный юмор
Группа защитников природы пыталась убедить ранчеров из Вайоминга использовать более гуманные методы контроля популяции койотов. Вместо того чтобы отстреливать их, они предложили ловить койотов живьем, кастрировать самцов и отпускать.
"Это действительно классная идея", — сказал один фермер. — "Но, видно, вы не совсем понимаете проблему. Эти койоты не тр@хают наших овец, они их едят!"
"Это действительно классная идея", — сказал один фермер. — "Но, видно, вы не совсем понимаете проблему. Эти койоты не тр@хают наших овец, они их едят!"
Разговор в окопе:
— Вы на следующей атаке выходите?
— Нет, мне через одну!
— Вы на следующей атаке выходите?
— Нет, мне через одну!
Мужик заходит в бар,заказывает виски
-Сколько с меня?
-3$
Мужик вынимает из кармана 3$.Один кладет перед собой,потом идет в левый конец стойки,там кладет второй,потом идет в правый конец стойки,там кладет третий.Бармен идет направо-налево и забирает деньги.На следующий день опять тот же мужик приходит,опять заказывает виски,и раскладывает деньги в разные концы стойки.Бармен злиться,но за деньгами ходит.Такая картина повторяется день за днем.Однажды мужик заказывает виски,роется в кармане и вытаскивает бумажку в 5$.Бармен быстро эту бумажку берет,мстительно улыбается,достает 2$ сдачи,и раскладывает деньги по разным концам стойки.Затем возвращается и злорадно смотрит на мужика.Мужик выпивает виски,вытаскивает из кармана доллар,и говорит
-Пожалуй,возьму еще стаканчик
-Сколько с меня?
-3$
Мужик вынимает из кармана 3$.Один кладет перед собой,потом идет в левый конец стойки,там кладет второй,потом идет в правый конец стойки,там кладет третий.Бармен идет направо-налево и забирает деньги.На следующий день опять тот же мужик приходит,опять заказывает виски,и раскладывает деньги в разные концы стойки.Бармен злиться,но за деньгами ходит.Такая картина повторяется день за днем.Однажды мужик заказывает виски,роется в кармане и вытаскивает бумажку в 5$.Бармен быстро эту бумажку берет,мстительно улыбается,достает 2$ сдачи,и раскладывает деньги по разным концам стойки.Затем возвращается и злорадно смотрит на мужика.Мужик выпивает виски,вытаскивает из кармана доллар,и говорит
-Пожалуй,возьму еще стаканчик
Раздолбайск. 5-я танковая бригада расквартированной здесь 18-й армии отказалась принять участие в маневрах, ссылаясь на то, что гусеницы неожиданно превратились в куколок.
Уезжает муж в командиpовку, а жена у него под подозpением. Hу думает, я ее пpоконтpолиpую.... Взял банку сметаны и поставил под кpовать. А к кpовати ложку пpивязал. Пpовеpил — если один человек на кpовать ложится, то ложка не достает до сметаны, а если двое — вся в сметане. Уехал. Пpиезжает, а жена его встpечает, пpиглашает к столу... Он думает: "Щас пpовеpим как ты себя вела...." Заглянул под кpовать, а там в банке масло.
Ракетчика спрашивают:
— Что первым приходит в движение при пуске ракеты?
— Расчет, — отвечает он. — Разбегается по укрытиям.
— Что первым приходит в движение при пуске ракеты?
— Расчет, — отвечает он. — Разбегается по укрытиям.
Приходит новый русский домой. Жена спрашивает:
— Есть будешь?
— А что?
— Икра, омары, божоле...
— Так хочется картошки вареной, капусты квашеной...
— А ты зарабатывай, как нормальные мужики, будет тебе и картошка.
— Есть будешь?
— А что?
— Икра, омары, божоле...
— Так хочется картошки вареной, капусты квашеной...
— А ты зарабатывай, как нормальные мужики, будет тебе и картошка.
Мужик идёт ночью по пустырю, и насвистывает мелодию. Навстречу другой
мужик:
— Эй, мужик, не свисти — денег не будет!
— Да ну, дурацкая примета!
— (доставая пистолет) — Ну не скажи, не скажи...
мужик:
— Эй, мужик, не свисти — денег не будет!
— Да ну, дурацкая примета!
— (доставая пистолет) — Ну не скажи, не скажи...
Жена говорит мужу:
— Мне столько денег надо! На эпиляцию, на маникюр, на педикюр, на мелирование, на косметику...
Муж:
— А мне повезло! Я сразу красивый родился.
— Мне столько денег надо! На эпиляцию, на маникюр, на педикюр, на мелирование, на косметику...
Муж:
— А мне повезло! Я сразу красивый родился.
Жена на смертном ложе:
— Милый, обещай, что во время похорон будешь идти рядом с моей мамой.
— Если тебе так хочется... Но настроение опять будет испорчено на целую неделю.
— Милый, обещай, что во время похорон будешь идти рядом с моей мамой.
— Если тебе так хочется... Но настроение опять будет испорчено на целую неделю.
Ничто не придает мужчине столько сил, сколько слабость женщины.
Сидят на крыше два кирпича:
— Слыш, чувак, давай спрыгнем! Вот как раз мужик под нами стоит...
— Давай!
Летят, летят... вдруг один говорит:
— Эх! Зря мы спрыгнули — мужик то в каске!
— Эх молодежь... Всему вас учить надо... Смотри! ЭЙ, МУЖИК!
— Слыш, чувак, давай спрыгнем! Вот как раз мужик под нами стоит...
— Давай!
Летят, летят... вдруг один говорит:
— Эх! Зря мы спрыгнули — мужик то в каске!
— Эх молодежь... Всему вас учить надо... Смотри! ЭЙ, МУЖИК!
Hа экзамене в институт. Проф — Абитуриенту:
— Почему вы решили поступать именно в наш универ?
— Отец, не задавай глупых вопросов.
— Почему вы решили поступать именно в наш универ?
— Отец, не задавай глупых вопросов.
Чукчу посадили, а он сидит и целыми днями поет. Его спрашивают:
— Ты о чем все поешь?
— Однако, что вижу, то пою.
Охране надоело, выключили свет, а он опять поет.
— Ну а теперь-то ты что видишь?
— Однако, темнота вижу.
— Ты о чем все поешь?
— Однако, что вижу, то пою.
Охране надоело, выключили свет, а он опять поет.
— Ну а теперь-то ты что видишь?
— Однако, темнота вижу.
Совет всем родителям, присутствующим в зале: Не ставьте в раннем возрасте своих детей в угол, ведь именно в этот период у них формируются основные лица.
Раньше мой сын не любил кашу с комочкаим и вареный лук в супе. Но потом
старый друг посоветовал мне Армию. И, о чудо — уже после первого
применения Армии все изменилось. Спасибо моему другу.
Армия — спрашивайте во всех военкоматах страны!!!
старый друг посоветовал мне Армию. И, о чудо — уже после первого
применения Армии все изменилось. Спасибо моему другу.
Армия — спрашивайте во всех военкоматах страны!!!
Дедушка-шарманщик Карло делал Буратино, надеясь согреться в старости...
Мужик очнулся после летаргического сна. Ему говорят, так и так. Проспал больше 10 лет. Отгадай, какой примерно у нас сейчас год. Он:
А кто сейчас у нас президент Путин или Медведев?
А кто сейчас у нас президент Путин или Медведев?
Расскажу сразу уж и про жену Погорелого.
В советской армии, как и сейчас, офицеры использовали солдат как бесплатную рабочую силу. И дачи строили, и огороды копали, и квартиры ремонтировали. Но при этом всегда действовал железный принцип — если ты солдата используешь, обязан солдата покормить. И кормили солдат жены офицеров нормальной гражданской пищей (а не солдатской пайкой, от баланды мало отличающейся). Все, кроме Погорелого и его жены.
В сентябре Погорелый купил в каком-то колхозе казахских арбузов. Арбузы мелкие, но очень сладкие. Арбузов был полный армейский "Уаз" до крыши. Погорелый меня и 2 солдат из числа прикомандированных к штабу отправил в себе домой эти арбузы таскать. Квартира расположена на 4 или 5 этаже дома. Начали таскать эти арбузы мы около 11 часов утра. Таскали в руках штуки по 4 (какой-то тары жена Погорелого не дала). Закончили где-то около 15-16 часов. С обедом в гарнизоне пролетели, отдельно нас никто кормить не будет. Балкон Погорелому заполнили арбузами до края. Жена Погорелого сходила на улицу, посмотреть, не остались ли еще в машине арбузов. Вернулась. Мы стоим около квартиры, в надежде покушать. Жена Погорелого говорит "Спасибо мальчики, можете идти в часть" и дает нам по одной ириске Кис-Кис. Мы, будучи несколько в недоумении, спускаемся вниз. Выкинули ириски в мусорный бак. Водитель "УАЗика" нам предлагает сесть в машину, доехать до части. По дороге говорит "Ну что, не покормила вас жена Погорелого? Эта сука всегда так. Но вы не расстраиваетесь. Я зная эту стерву, заранее немножко арбузов заныкал". Когда мы доехали в части до штаба, он из каких-то тайников в машине достал около 15 штук арбузов и дал нам каждому по 2 штуки. В результате вечером в штабе, когда офицеры разошлись, солдатики немножко полакомились. До сих пор помню, какие арбузы были вкусные.
В советской армии, как и сейчас, офицеры использовали солдат как бесплатную рабочую силу. И дачи строили, и огороды копали, и квартиры ремонтировали. Но при этом всегда действовал железный принцип — если ты солдата используешь, обязан солдата покормить. И кормили солдат жены офицеров нормальной гражданской пищей (а не солдатской пайкой, от баланды мало отличающейся). Все, кроме Погорелого и его жены.
В сентябре Погорелый купил в каком-то колхозе казахских арбузов. Арбузы мелкие, но очень сладкие. Арбузов был полный армейский "Уаз" до крыши. Погорелый меня и 2 солдат из числа прикомандированных к штабу отправил в себе домой эти арбузы таскать. Квартира расположена на 4 или 5 этаже дома. Начали таскать эти арбузы мы около 11 часов утра. Таскали в руках штуки по 4 (какой-то тары жена Погорелого не дала). Закончили где-то около 15-16 часов. С обедом в гарнизоне пролетели, отдельно нас никто кормить не будет. Балкон Погорелому заполнили арбузами до края. Жена Погорелого сходила на улицу, посмотреть, не остались ли еще в машине арбузов. Вернулась. Мы стоим около квартиры, в надежде покушать. Жена Погорелого говорит "Спасибо мальчики, можете идти в часть" и дает нам по одной ириске Кис-Кис. Мы, будучи несколько в недоумении, спускаемся вниз. Выкинули ириски в мусорный бак. Водитель "УАЗика" нам предлагает сесть в машину, доехать до части. По дороге говорит "Ну что, не покормила вас жена Погорелого? Эта сука всегда так. Но вы не расстраиваетесь. Я зная эту стерву, заранее немножко арбузов заныкал". Когда мы доехали в части до штаба, он из каких-то тайников в машине достал около 15 штук арбузов и дал нам каждому по 2 штуки. В результате вечером в штабе, когда офицеры разошлись, солдатики немножко полакомились. До сих пор помню, какие арбузы были вкусные.
— Скоро зима... Птички полетят на юг, зайки сменят шубку...
Дорогой, я зайка или птичка?!..
— Ты медвежонок, а он всю зиму в постели и все время сосет.
Дорогой, я зайка или птичка?!..
— Ты медвежонок, а он всю зиму в постели и все время сосет.
Сидит мужик в клозете Большого театра. Вдруг в дверь стал кто-то ломиться.
Мужик недовольно:
— Ну кто там еще?!
— Это мы, танцоры из балетной группы!
Мужик:
— Ну и потанцуйте пока у дверей. Порепетируйте!
Мужик недовольно:
— Ну кто там еще?!
— Это мы, танцоры из балетной группы!
Мужик:
— Ну и потанцуйте пока у дверей. Порепетируйте!
...Тайком поменяла МУЖУ пароль от " World of Tanks". НЕ МОЖЕТ ВОЙТИ В ИГРУ....
Нет, я, конечно, знала, что мужчины тоже умеют плакать, ...но ТААААКИХ ИСТЕРИК я ещё не видела......!!!))))))
Нет, я, конечно, знала, что мужчины тоже умеют плакать, ...но ТААААКИХ ИСТЕРИК я ещё не видела......!!!))))))
Врач выписывает блондинке таблетки:
— Принимайте по 2 штуки, перед тем как лечь в кровать.
— Это что же, по 40 штук в день, получается...
— Принимайте по 2 штуки, перед тем как лечь в кровать.
— Это что же, по 40 штук в день, получается...
Рассказал друг моих родителей:
В войне 1941-45 г.г. не участвовал по малолетству – я родился в конце января 1936 года.
Однако мне довелось стать свидетелем и участником событий, которые вполне можно отнести к апофеозу окончания войны.
Весна 1945 года. Мы живём в центре Москвы у самого Устьинского моста, у Яузских ворот, в большой – 5 семей, 24 человека — коммунальной квартире на первом этаже, в здании с шестиугольной водонапорной башней. Здесь был когда-то гвоздильный завод и при переделке под жильё появились странности – под потолком на высоте почти пяти метров идут стальные балки. Да и кровать родителей оказалась под стать — на высоких ногах до уровня окна. Зато под ней можно хранить картошку, выращенную своими руками. Кстати, потому «Устьинский», что у устья реки Яуза при впадении её в реку Москва, и адрес у нас был — Устьинский проезд, дом 3/5. Сейчас этот квартал уже снесли.
Часов в 5-6 утра— стук в окно. Мама Бася прямо с кровати высовывает голову в форточку, а там – Мулька! С фронта приехал! И говорит, что с ним генерал. Мама Бася накинула халат и побежала открывать дверь. Я за ней.
В просвете открытой двери — три фигуры, две высокие незнакомые, одна, пониже – это Муля. Один, высокий, говорит по-русски, а у другого, который ещё повыше, шея тщательно замотана шарфом и на плече что-то вроде котомки из солдатской нижней рубахи.
Вместе идём по коридору, мама суетится, — всё-таки генерал, но я вижу, что, входя в комнату, Муля не очень-то ласково запихивает того, который с котомкой, за шкаф, отделяющий часть комнаты.
В котомке оказалось личное пищевое довольствие, а под советской солдатской шинелью – немецкий офицерский мундир с золотыми дубовыми листьями на воротничке.
Ага, так вот он — генерал!
И, только когда все вместе сели завтракать, всё прояснилось.
За столом — семь человек. По-немецки хорошо говорит только немец, а мой папа хорошо говорит на идиш — он учился ещё и в хедере. И они понимают друг друга…
Мой двоюродный брат Муля и его боевой товарищ Иван рассказали, что они «спёрли» генерала где-то в Австрии, за что и получили право отвезти его в Москву и сдать в лагерь для военнопленных высших чинов немецкой армии в Красногорске. Я же расскажу то, что видел сам в Москве.
Невозможно представить себе, что творилось в душе этого человека – он — генерал, командовавший борьбой с партизанами под Ленинградом во время блокады, (может быть я и ошибаюсь, но так запало в мою память), теперь пленённый, завтракает с евреями за одним столом в центре Москвы, и с ним говорят на идиш!
Я не знаю имени этого человека, если оно вообще называлось, но кое-что из разговора запомнилось.
Его удивил объём продуктов, выдаваемых по карточкам – в Германии в это же время, по его словам, давали меньше.
Не ругал, но критически отзывался о Гитлере.
Не помню, ел ли он только свой паёк, но, когда пили чай, случилось вот такое.
В те годы зачастую вместо сахара выдавали конфеты в виде крупных, диаметром 2-2,5 см., сладких шаров с начинкой из варенья. Они были розового или синеватого цвета и немного посыпаны сахаром.
Растворялись они с трудом, и мы их целиком засовывали в рот и запивали чаем, чаще всего морковным.
Немец же бросил их в стакан и помешивал ложкой, ожидая, что чай станет сладким. Опускает вторую порцию, но результат тот же.
Тогда Муля запускает в его стакан два пальца, вынимает шарики, и суёт их в рот генералу.
Это меня не шокировало тогда, не шокирует и сейчас,– ведь это были боевые смертельные враги!
В Первую Мировую этот человек в чине полковника воевал на русском фронте, сухожилия пальцев одной руки были перебиты, и потому сложены, как при сухорукости.
После завтрака предприимчивые сержанты (тогда это меня удивило, и я запомнил – они где-то достали бархотки) быстро привели себя в порядок, начистили до блеска кирзовые сапоги и уехали. Нас с братом успокоили, что никуда генерал не убежит – бежать ему нет смысла, побег — погибель для него.
Мой брат учился в техникуме, и в тот день решал задачи по тригонометрии. Генерал помог Феликсу решить задачу, и, увидев на стене фотографию, он чётко, со значением, произнёс: «О! Драматург Чехов!»
Сержанты вернулись в середине дня. Генерал замотал шею шарфом, и они сели в трамвай «А». Конечно, и я поехал с ними до «Кировских ворот» и видел сцену замешательства, когда генералу передали 15 копеек для дальнейшей передачи на билет.
Выручил высокий рост Ивана – он через головы забрал монетку у генерала и передал её дальше.
Здесь они должны были пересесть на троллейбус, доехать до Ярославского вокзала и уехать в Красногорск.
Войти успел только генерал — двери закрылись, и троллейбус пошёл…
Сержанты помчались за ним бегом.
Тень трибунала видимо была настолько ясна, что на следующую остановку они примчались одновременно с троллейбусом, а от «Кировских» до «Красных» ворот метров 600-700.
Больше ни генерала, ни Ивана я не видел. Зоря Орлова, родная сестра Мули, уже сейчас, в 2010 году, сказала мне, что родом Иван был из Подмосковья, поэтому, наверное, он уехал домой, а Муля побыл у нас.
Муля говорил Зоре, что ещё в части он подкармливал генерала – ему было жаль этого старого человека. Вот и у меня в памяти застряла цифра 88, — применительно к его возрасту.
Во время пребывания в части пленный генерал категорически отказывался переодеться в другую одежду. Он считал своим долгом предстать перед генералитетом в своей штатной форме — тогда в том же лагере сидел фельдмаршал Паулюс и генерал просил скорей отвезти его к «другу Паулюсу».
Но не всё вышло, как хотелось – со слов Мули начальник лагеря сразу сорвал с бывшего генерала все знаки различия!
В войне 1941-45 г.г. не участвовал по малолетству – я родился в конце января 1936 года.
Однако мне довелось стать свидетелем и участником событий, которые вполне можно отнести к апофеозу окончания войны.
Весна 1945 года. Мы живём в центре Москвы у самого Устьинского моста, у Яузских ворот, в большой – 5 семей, 24 человека — коммунальной квартире на первом этаже, в здании с шестиугольной водонапорной башней. Здесь был когда-то гвоздильный завод и при переделке под жильё появились странности – под потолком на высоте почти пяти метров идут стальные балки. Да и кровать родителей оказалась под стать — на высоких ногах до уровня окна. Зато под ней можно хранить картошку, выращенную своими руками. Кстати, потому «Устьинский», что у устья реки Яуза при впадении её в реку Москва, и адрес у нас был — Устьинский проезд, дом 3/5. Сейчас этот квартал уже снесли.
Часов в 5-6 утра— стук в окно. Мама Бася прямо с кровати высовывает голову в форточку, а там – Мулька! С фронта приехал! И говорит, что с ним генерал. Мама Бася накинула халат и побежала открывать дверь. Я за ней.
В просвете открытой двери — три фигуры, две высокие незнакомые, одна, пониже – это Муля. Один, высокий, говорит по-русски, а у другого, который ещё повыше, шея тщательно замотана шарфом и на плече что-то вроде котомки из солдатской нижней рубахи.
Вместе идём по коридору, мама суетится, — всё-таки генерал, но я вижу, что, входя в комнату, Муля не очень-то ласково запихивает того, который с котомкой, за шкаф, отделяющий часть комнаты.
В котомке оказалось личное пищевое довольствие, а под советской солдатской шинелью – немецкий офицерский мундир с золотыми дубовыми листьями на воротничке.
Ага, так вот он — генерал!
И, только когда все вместе сели завтракать, всё прояснилось.
За столом — семь человек. По-немецки хорошо говорит только немец, а мой папа хорошо говорит на идиш — он учился ещё и в хедере. И они понимают друг друга…
Мой двоюродный брат Муля и его боевой товарищ Иван рассказали, что они «спёрли» генерала где-то в Австрии, за что и получили право отвезти его в Москву и сдать в лагерь для военнопленных высших чинов немецкой армии в Красногорске. Я же расскажу то, что видел сам в Москве.
Невозможно представить себе, что творилось в душе этого человека – он — генерал, командовавший борьбой с партизанами под Ленинградом во время блокады, (может быть я и ошибаюсь, но так запало в мою память), теперь пленённый, завтракает с евреями за одним столом в центре Москвы, и с ним говорят на идиш!
Я не знаю имени этого человека, если оно вообще называлось, но кое-что из разговора запомнилось.
Его удивил объём продуктов, выдаваемых по карточкам – в Германии в это же время, по его словам, давали меньше.
Не ругал, но критически отзывался о Гитлере.
Не помню, ел ли он только свой паёк, но, когда пили чай, случилось вот такое.
В те годы зачастую вместо сахара выдавали конфеты в виде крупных, диаметром 2-2,5 см., сладких шаров с начинкой из варенья. Они были розового или синеватого цвета и немного посыпаны сахаром.
Растворялись они с трудом, и мы их целиком засовывали в рот и запивали чаем, чаще всего морковным.
Немец же бросил их в стакан и помешивал ложкой, ожидая, что чай станет сладким. Опускает вторую порцию, но результат тот же.
Тогда Муля запускает в его стакан два пальца, вынимает шарики, и суёт их в рот генералу.
Это меня не шокировало тогда, не шокирует и сейчас,– ведь это были боевые смертельные враги!
В Первую Мировую этот человек в чине полковника воевал на русском фронте, сухожилия пальцев одной руки были перебиты, и потому сложены, как при сухорукости.
После завтрака предприимчивые сержанты (тогда это меня удивило, и я запомнил – они где-то достали бархотки) быстро привели себя в порядок, начистили до блеска кирзовые сапоги и уехали. Нас с братом успокоили, что никуда генерал не убежит – бежать ему нет смысла, побег — погибель для него.
Мой брат учился в техникуме, и в тот день решал задачи по тригонометрии. Генерал помог Феликсу решить задачу, и, увидев на стене фотографию, он чётко, со значением, произнёс: «О! Драматург Чехов!»
Сержанты вернулись в середине дня. Генерал замотал шею шарфом, и они сели в трамвай «А». Конечно, и я поехал с ними до «Кировских ворот» и видел сцену замешательства, когда генералу передали 15 копеек для дальнейшей передачи на билет.
Выручил высокий рост Ивана – он через головы забрал монетку у генерала и передал её дальше.
Здесь они должны были пересесть на троллейбус, доехать до Ярославского вокзала и уехать в Красногорск.
Войти успел только генерал — двери закрылись, и троллейбус пошёл…
Сержанты помчались за ним бегом.
Тень трибунала видимо была настолько ясна, что на следующую остановку они примчались одновременно с троллейбусом, а от «Кировских» до «Красных» ворот метров 600-700.
Больше ни генерала, ни Ивана я не видел. Зоря Орлова, родная сестра Мули, уже сейчас, в 2010 году, сказала мне, что родом Иван был из Подмосковья, поэтому, наверное, он уехал домой, а Муля побыл у нас.
Муля говорил Зоре, что ещё в части он подкармливал генерала – ему было жаль этого старого человека. Вот и у меня в памяти застряла цифра 88, — применительно к его возрасту.
Во время пребывания в части пленный генерал категорически отказывался переодеться в другую одежду. Он считал своим долгом предстать перед генералитетом в своей штатной форме — тогда в том же лагере сидел фельдмаршал Паулюс и генерал просил скорей отвезти его к «другу Паулюсу».
Но не всё вышло, как хотелось – со слов Мули начальник лагеря сразу сорвал с бывшего генерала все знаки различия!
Кто такой непалец? Это человек, зачатый непалкой и непальцем.
Крайняя степень неудачливости в отношениях, это даже не надувная женщина, это – надувная рука.
Наконец-то после двухлетнего табу на показ по ТВ зрители насладились
"Иронией судьбы — продолжением". И по их многочисленным просьбам запрет
продлён ещё на пять лет, причём как новой, так и старой версий.
"Иронией судьбы — продолжением". И по их многочисленным просьбам запрет
продлён ещё на пять лет, причём как новой, так и старой версий.
Учительница русского языка, проходя возле кабинета трудовика, наступила на гвоздь!
Трудовик был в шоке! таких деепричасных оборотов на русском матерном он никогда не слышал!
Трудовик был в шоке! таких деепричасных оборотов на русском матерном он никогда не слышал!
Рассказал родственник.
На срочную службу в Советскую Армию он попал по призыву в первые месяцы
после окончания Великой Отечественной войны. Их часть находилась в
Берлине. От читателя требуется немного напрячь воображение.
Идет по улице Берлина рота наших солдат. Построены, как это принято, по
ранжиру. Первые ростом повыше. Те что за ними — немного пониже. А у тех
что в замыкающей шеренге — карабины практически по земле волочатся.
Наблюдающих за этим со стороны берлинцев эта картина приводит в веселое
настроение. Смеются. Некоторые даже пальцем показывают.
Неприятно, конечно.
И тут напряжение разрядил старшина.
— Ничего ребята! — крикнул он, обращаясь к строю. — Победители-то — мы!!!
На срочную службу в Советскую Армию он попал по призыву в первые месяцы
после окончания Великой Отечественной войны. Их часть находилась в
Берлине. От читателя требуется немного напрячь воображение.
Идет по улице Берлина рота наших солдат. Построены, как это принято, по
ранжиру. Первые ростом повыше. Те что за ними — немного пониже. А у тех
что в замыкающей шеренге — карабины практически по земле волочатся.
Наблюдающих за этим со стороны берлинцев эта картина приводит в веселое
настроение. Смеются. Некоторые даже пальцем показывают.
Неприятно, конечно.
И тут напряжение разрядил старшина.
— Ничего ребята! — крикнул он, обращаясь к строю. — Победители-то — мы!!!
Рассказывает игрок в пейнтбол:
—тут у меня кончаются патроны, я достаю кисточку — и в рукопашную!
—тут у меня кончаются патроны, я достаю кисточку — и в рукопашную!
