Анекдот № 64054

А приходилось ли вам сдавать экзамен за кого-то другого? Это мероприятие чревато незабываемыми впечатлениями, и одним таким из ранних двухтысячных хочу поделиться.

Курсе так на третьем приходит ко мне товарищ и говорит: «Ты же шаришь в программировании? У меня завтра экзамен по С++, а я ни дупля не отбиваю. Сходишь на экзамен вместо меня за много пива?»

Неслабо удивившись такому экстравагантному предложению, я выяснил, что чел ни разу не был на лекциях, и препод его не знает в лицо. А также любопытный факт: наши зачетки скомпонованы гениально. Фотка на обложке, а имя фамилия – на первой странице. Достаточно заменить обложку на свою, — и вуаля: появился новый студент. В свете этого согласился выручить друга.

На следующий день, за 15 минут наваяв на листочке решение, приготовился к долгому ожиданию. Эх, где те времена, когда мы писали программки на бумаге… Прошло полчаса, я порешал задачки соседям, но все еще рано, идти первым сдавать некомильфо. А на экзамен отведено полтора часа. От скуки начеркал в своем решении, симулируя ошибки. Еще через 10 минут не выдержал, и пошел к преподавателю. Первым.

Тот обрадовался, ему тоже скучно: «Молодец, неплохо написали, на четверку. Здесь три ошибки, идите подумайте, может, пятерку заработаете.» Ужаснувшись такой перспективе, я пробормотал: «Не-не, мне четверки достаточно!» Расстроенно хмыкнув, он поставил вожделенную оценку. Но отпускать не спешил, ибо еще долго скучать.
— Вы откуда? – спрашивает.
— Из Черкасской области, — я смутно помнил, как товарищ рассказывал о похождениях в своем поселке.
— А из какого города? – и я понял, что попал. Кроме Черкасс, никаких городов там не знаю. Думаю, очень подозрительно побледнел тогда. Но в экстремальных ситуациях организм способен на чудеса.
— Из Смелы, — радостно вспомнилось где-то виденное название.
— И как дела у вашего завода?
— (Мысленно) мля, там еще и завод есть?
Терять уже нечего, остается выехать на общеизвестных фактах. И преподавателю: «Торугуют». Теперь пришло время ему удивляться.
— Как торгуют?
— Ну, время такое. Сейчас все торгуют…

Посмотрев долгим взглядом, препод великодушно отпустил. Позже выяснилось, что завод там производит кассовые аппараты, и никак не может прогореть во время капитализма. А на следующий год товарищу предложили участвовать в олимпиаде по программированию, он потом на меня обижался почему-то. Я думаю, что преподаватель все понял и так пошутил.

— Здравствуйте, а у вас любовь продаётся?
— Да, конечно. В комплекте идут: нервы, "не нравится, не держу", "лучше бы я одна была", "ой, всё" и т.д.
— Тогда лучше дайте мне плейстейшен, пожалуйста.

Ни для кого не секрет, что ходить под окнами студенческой общаги -
опасно для жизни. Народ так и норовит отоварить несчастного прохожего
чем-нибудь по голове. Иногда это происходит абсолютно непроизвольно,
без злого, как говорится, умысла. У меня лично, например, хотя
я принципиально не выбрасывал мусор на улицу, в течение пяти лет
проживания в ДАСе МГУ дважды (!) в окно выпадал стул, трижды -
башмак и один раз — колонка S-90. Слава богу, все живы! Надо заметить,
что подобной опасности подвергаются не только прохожие, но и соседи,
проживающие снизу, если им вдруг придет в голову, ну скажем,
высморкаться на асфальт внизу. Естественно, вероятность получения
бутылкой по лбу заметно падает с высотой проживания (наука, бля!
математика!).
Итак, кодла молодых ученых МГУ решила в самый разгар московской
весны навестить своих коллег-друганов в ФИЗТЕХе. В теплый апрельский
денек одного из приснопамятных застойно-перестроечных (их мать!) 80-ых
они отправились в город Долгопрудный. Друганы обретались на последнем
этаже скольки-то-там-этажной общаги (уже забыл, но не очень много).
Туда-сюда, выпили-закусили, расслабились… Хозяин стоит у раскрытого
окна, призывая окружающих полюбоваться пейзажем и заодно распинаясь
о преимуществах проживания на последнем этаже.
— На нижних этажах жить вообще невозможно, — говорит, — выбрасывают,
что попало. Чуть высунулся — имеешь шанс каким-нибудь дерьмом
получить в жбан. Постоянно что-то летает мимо окон. Зато на нашем
этаже — благодать. Можно спокойно высунуть в окно руку, — высовывает
руку, — или даже … Блять!!!
Слово "голову" произнесено не было, и голова, к счастью, высунута в окно
не была. Вернувшаяся из-за окна рука была до плеча облита чем-то
коричнево-красным, на фоне чего, в первом приближении, просматривались
отдельные кусочки капусточки, морковочки, свеколки. Присутствующие
стали тихо стекать по стенам и затекать в углы, еле слышно стеная.
Пострадавший в течение, примерно, минуты, с перекошенной рожей
и выпученными глазами, оценивал ущерб. Затем к нему вернулись речь
и способность двигаться, и он, с дикими матами-перематами, пулей
вылетел из комнаты. За ним, держась за животы и припадая сразу
на две ноги, двинулась колонна наблюдателей. Ой, нелегко было вылезти
на крышу! Там-то все и прояснилось.
Какие-то местные студенты сварили борщ и полезли хавать его на
крышу (sic!). Борщик вышел так себе, хреновенький. Даже голодные
студенты не смогли его есть (трудно, но можно себе представить). Сходка
постановила "вылить его на хуй", что и было сделано незамедлительно
аккурат над искомым окном.
А теперь прикиньте вероятность подобных совпадений? То-то! А вы:
наука, наука.

В конце 80-х начале 90-х по молодости лет был я "ассистентом
преподавателя". Поэтому на мою долю падало проведение всяких лабораторок
и практических занятий со студентами. Один из моментов. Лабораторную по
программированию сдают студенты 4-го курса специальности "Методы
неразрушающего контроля", был у них такой предмет — "Микропроцессорное
оборудование", ну и в числе прочих тем там надо было программки писать.
"Стенд" для лаб на процессоре 1810 (ну не было у нас тогда IBM!).
Задание на лабу звучит грозно: "Считать два числа, просуммировать и
вывести результат": )) На Паскале. Пришел день сдачи лабы. И вот очередь
доходит до НЕЕ! Высока, стройна, бела, и умом и всем взяла (не шучу -
рост 175, все при ней и за плечами маткласс лучшей по тем временам школы
города), кладет отчет на стол, открываю и фигею... Программа. По теме.
На АССЕМБЛЕРЕ того самого процессора... Мы его не проходили и уж точно
не писали на нем программ! Спрашиваю:
— Это что?
— Лабораторная.
— Ну, объясняйте, что тут у вас.
— Ну вот же: IN (порт такой-то) — первое число, занесли в регистр
такой-то, IN (порт такой-то), второе число, в регистр такой-то, сложение
этих чисел, OUT (порт такой-то) — вывод чисел...
В аудитории к тому моменту тишина настала — и я их понимаю.
— Наташа, это ВЫ писали?
— Да... (но уже не так уверенно).
В аудитории оживление — смешки со стороны "армейцев" (отслуживших два
года студентов).
— Наташа, я вам зачту работу хотя бы за то, что вы честно попытались в
ней разобраться, но пригласите мне того, кто ее написал!
В аудитории оживление еще больше.
Мадемуазель подходит к двери и зовет: Зайди!
И тут заходит другая ОНА! Каблуки, короткая юбка (весна однако), светлые
локоны по плечам, глазищи в пол-лица... Оживление в рядах армейцев
перешло в рев. Да я и сам не ожидал. Подходит. Моя голова где-то в
районе ее солнечного сплетения.
— Это ВЫ писали?!
— Да. А что — неправильно что-то?
— Да вроде все правильно... А вы кто?
(замешательство, понятно — боится назваться).
— Да не фамилия, откуда Вы, где учитесь, какой курс?
— А... 0608, "ЭВМ, комплексы, системы и сети"...4-й курс.
— А... Тогда понятно... А чего ж на ассемблере-то?
— Нууу... Наташа мне сказала — "ввести два числа, просуммировать,
вывести результат", а что на Паскале — не сказала, сказала — процессор
1810... Я и подумала — раз процессор указан, значит на ассемблере...
Я их отпустил с миром, естесственно

История эта произошла перед зимней сессией в одном из московских вузов.
Учились со мной в группе три парня (Леха, Гарик и Диман). Hе сказать
что без башни или совсем оторванные, обычные с виду парни. Так вот,
сдавали они в очередной раз зачет по экологии, но так как препод была
стервой еще той, то очередной раз обещал быть не последним...
Так и случилось — все трое провалились. Hезависимо от исхода зачета,
предполагалось выпить (тем более, что повод был: если не с радости,
то с горя). А тут как раз знакомые девчонки: "Пойдемте к нам". Девчонки
эти жили в общаге, на 3-м этаже, куда вся делегация и направилась.
Hадо сказать, что в общаге порядки строгие: если пришел к кому-то
в гости, то на вахте обязательно должен оставить охраннику какой-нибудь
документ. Все это делается для того, чтоб в 11 часов вечера всех
гостей — нахер.
Hу так вот, сидят наши парни у девчонок, расслабляются... Им уже
несколько раз становилось "мало", и несколько раз они бегали в палатку.
А вечер, между тем, уже подходил к концу. И тут им приходит гениальная
идея: "А не остаться ли нам тут ночевать". Девчонки к этому времени были
уже не против. Проблема одна — охранники. Hашим бравым парням приходит
еще более гениальная идея — поговорить с охранниками ("че они не поймут
что ли").
Теперь представляем картину маслом: на вахту спускаются
(=выползают) три чувака в состоянии близком к невменяемости и произносят
примерно такую речь: "Мужики, прикиньте, мы тут с такими клевыми
девчонками, ну вы нас понимаете... Hиче если мы останемся???". Охранник,
видимо, такой наглости еще не видел, к тому же был наверное человеком
черствым, потому что выдал следующее: "Вы че совсем ох#ели?????? А ну
забирайте свои шмотки и пи#дуйте отсюда!".
Hаверное кого-то другого это сломило бы, но не наших парней,
т.к. вечер гениальных идей был в самом разгаре. Идеи по штурму общаги
крутились в головах роями, но судьба распорядилась так: сегодня это
будет ПОЖАРHЫЙ ШЛАHГ!
Эти кадры поднялись на третий этаж, размотали пожарный шланг
и спустили его через окно на балконе. Теперь оставалось с пафосом
выйти.... а потом войти (по шлангу!). Проходя мимо охранников наши
парни состроили кислые мины, и с нескрываемой обидой и болью в голосе
кинули им напоследок: "Да и не нужны нам ваши бабы — не очень то
и хотелось"... и, забрав документы, покинули здание общаги.
Как думаете, куда они пошли?.... Правильно, куда ж еще? — к шлангу.
Hе лишним будет сказать, что альпинизмом из них никто не занимался,
но у них все было впереди... Кстати, никто не пробовал влезать на 3-й
этаж по плоскому пожарному шлангу??? Если вы с головой дружите,
то никогда не пробуйте -— на трезвую голову это HЕВОЗМОЖHО! Hо в тот
день трезвых голов там не оказалось...
Первым испытать свои силы решился Леха. Как он сам потом рассказывал,
это было совсем непросто, но тяга к общению взяла верх -— и вот через
несколько минут (точное время восхождения история умалчивает) он стоял
на балконе, глядя вниз на то, как его подвиг повторяет Гарик. Последний
оказался парнем не менее крепким, и ценой неимоверных усилий тоже
оказался на балконе. Дело было за Диманом. Он схватился за шланг и тоже
пополз вверх. А в это время, видимо, фортуне надоело сопровождать наших
парней, и силы начали покидать третьего альпиниста. Hе сказать, что
у него было меньше целеустремленности, этого-то как раз хватало,
а вот силы становилось все меньше -— в бою с зеленым змием победил
зеленый змий. К этому времени двое наверху уже отдышались, и генератор
идей заработал с новой силой. Придумали вот как: Диман упирается ногами
в конец шланга (там где железный наконечник), и они его втягивают наверх.
Если бы кто-нибудь видел это со стороны, он подумал бы, что работает
профессиональная альпинистская связка: один из верхних подтягивает шланг,
второй его тут же фиксирует, первый в это время отдыхает, и все
повторяется. Сколько это продолжалось никто из них вспомнить не мог -
из-за неимоверных физических нагрузок память оставила их ненадолго.
Все трое припоминают только как в это время по стене рядом с балконом
проскочила какая-то тень. Это их собрат — студент — взбирался по штырю
заземления на 4-й этаж. В его зубах болталась сумка с бутылками, что
совершенно не мешало ему ловко перебирать руками и ногами.
"Профессионал",— простонали парни, и проводили его грустным взглядом.
Между тем Диман (тот что на шланге) приблизился к балкону так близко,
что только протяни руки, и ты — у заветной цели... но силы неожиданно
покинули его. "Hе могу",— сказал он и отпустил руки... Те, кто стоял
на балконе слышали еще удаляющееся "АААААААААААААаааааааааа" и гулкий
хлопок, но в данную минуту это их мало волновало, т.к. от перенапряжения
перед глазами все плыло, а к горлу подкатывало... Бороться с позывами
сил не было, и чемпионат по синхронному блеванию начался. Разойдясь
по разным углам балкона, наши герои начали метать харчи прямо в темноту.
По звуковому сопровождению это походило на крики брачующихся бизонов
(даже девушки, до этого бурно обсуждавшие все происходящее, как-то
сразу поумолкли). Мутило наших героев страшно, но даже в этот момент
они изо всех сил старались не попасть в предполагаемое место падения
их сотоварища. Удалось им это или нет, они не говорят, а только
загадочно улыбаются...

— Мы в полной жопе.
— Вы оскорбляете мои патриотические чувства.

Разговор ректоров московского и провинциального вузов.
Москвич: — В вашем вузе преподаватели взятки берут?
— Нет, не берут!
— А как же они живут?
— А они не живут — они существуют.

Старенький профессор астрономии поднимается на кафедру в черном смокинге и белых тапочках:
— Дорогие студенты, я не буду читать вам лекцию. Я пришел прощаться. В моей обсерватории сегодня остановились часы, которые шли без малого триста лет. Я уверен: наступил конец Света!
Студенты захихикали, заулюлюкали. Крики, вопли: "Купи себе "Ролекс"!", "Замени шестеренки!", "Вставь новую батарейку" и т.п.
Когда шум стих, профессор заговорил снова:
— А теперь я скажу то, от чего вам сразу станет не смешно. Часы, которые остановились у меня в обсерватории — солнечные!

— Мы не настолько богаты, чтобы покупать.
— Дешевые вещи?
— Чтобы покупать.

Лекция по философии. Профессор пишет на доске:
— Итак, аподиктическая этальность бытия интендирует феноменологическую редукцию, трансцендентную по отношению к означаемому субмодальному субъекту онтологического процесса... А теперь хочу послушать ваше мнение!
Поворачивается к аудитории — все спят. Только один студент моргает мутными глазами.
— Молодой человек, может, ВЫ хотели что-то сказать?
— Да. Профессор, продолжайте, пожалуйста, мне двух минут не хватило.

Для студентов, живущих в общежитии, еда занимает особое место в сердце,
но, к сожалению, гораздо реже в желудках. Поэтому разговор, шедший в то
утро, ничем не отличался от сотни других разговоров на тему еды:
— А вот хорошо бы сейчас чего-нибудь захавать, — мечтательно сказал он,
и потянулся, зевнув.
— Да, например курочки, запеченой в духовке, у меня мама ее готовит
фаршированной грибами и гречкой, — охотно подхватила я.
На мгновение мы задумались, и видение куриной тушки с поджаристой
корочкой, окруженной пропитавшейся ее соком гречкой, в которой
маслянисто поблескивали кусочки грибов, наполнило желудок урчанием, а
рот слюной.
— Даа, — протянул он неопределенно, — гречка — хорошая каша. Вкусная.
— Да ну, не люблю ее, могу есть только с мясом и подливкой мясной, -
сморщила нос я. Это было правдой, гречку с молоком, гречку саму по себе
я никогда не могла в себя запихнуть. Правда полгода на вынужденной диете
заставили меня не то чтобы пересмотреть свои взгляды, но более
благосклонно отнестись к любой пище, способной утолить мой голод и не
отправить в больницу.
— Ничего ты не понимаешь, — снисходительно поведали мне, — гречку просто
надо уметь правильно готовить. Гречку надо есть с медом. Кстати, у меня
есть мед!
Намек было практически невозможно проигнорировать, и во мне загорелось
желание показать себя хорошей хозяйкой. Где-то в голове билась мысль про
путь к сердцу мужчины и его желудок. Была всего лишь одна проблема.
Готовить я не умела.
Нет, не то чтобы совсем не умела. Я могла пожарить картошку с луком и
яичницу. К сожалению, в качестве соуса ни к одному из них мед особо не
подходил. Я тяжело вздохнула:
— Нет, я конечно могла бы сварить гречку, но у меня кастрюли нет...
На тот момент у меня было мало жизненного опыта: теперь я знаю — это не
то что не является отмазкой, но и каким-то волшебным образом необходимая
вещь отыскивается в три секунды. Кастрюля была отнята у соседа, которого
за это обещали покормить вкусным и полезным продуктом. Гречка была, воды
хоть завались, причин откладывать готовку не было.

Вообще я склонна относить себя к сообразительным девушкам, но в тот день
у меня отказали и логика и разум. Единственное, что я знала о варке каши
— это рассказ Носова "Мишкина каша", где двое ребятишек варили кашу, и
им постоянно не хватало воды. Вывод очевиден, решила я для себя, надо
налить побольше воды!
Дальнейший процесс казался мне легким и приятным. Я ставлю кашу на
огонь, прихожу пару раз помешиваю, вода выкипает, я приношу кастрюлю в
комнату, раскладываю кашу по тарелкам, в тарелки кладется мед, и мы все
дружно наслаждаемся кулинарным изыском, а потом я принимаю похвалы.
Первый этап прошел именно так как я себе и представляла — кастрюля была
водружена на плиту, я дождалась закипания, помешала и села ждать
готовности каши. Содержимое кастрюли булькало весело. Так прошло 30
минут — оно продолжало булькать. Я подошла помешать. На вид каша
казалась вполне готовой, но в ней было слишком много воды. Выкипит,
решила я, впитывать она больше не может — осталось только выкипеть.
Кастрюля продолжала булькать весьма задорно, как будто была со мной
полностью согласна, мол, выкиплю конечно, куда денусь. Я продолжила
нести свою вахту у плиты. Еще через полчаса булькание сменилось звуком,
который больше напоминал чавкание и причмокивание. Тут я уже слегка
заволновалась и решила ее помешать. Когда я вытащила ложку, на ней
налипло некоторое количество каши, и с огорчением, я вынуждена была
константировать, что на аккуратные ядрышки, которые получались у мамы,
мое творение не похоже. "Размазня!" — всплыло из уголков моей памяти
детсадовское слово. "Ну точно, и как же я сразу не догадалась, — мое
лицо просветлело и на душе стало легко, — у меня получается именно
размазня, тоже отличная каша, в детстве ели и ничего. Пусть только
покипит еще немного, а то воды много".
Подержав кастрюлю с кашей на огне еще полчаса, я решила в последний раз
помешать кашу и нести ее на стол. Тем более что у меня уже неоднократно
спрашивали об обещанном обеде. Мдаа.. Содержимое кастрюли уже не
чавкало, оно издавало громкие хлюпы, похожие на те, с какими болото
затягивает тяжелые предметы. Оно даже постанывало как-будто, честное
слово. С некоторой опаской я опустила ложку в сероватую субстанцию.
Мешать было тяжело, вытаскивать ложку тоже. "Один фиг ей же и
накладывать", — подумала я. Бывает, что с какого-то момента перестаешь
отдавать себе отчет в своих действиях. Ничем иным объяснить то, что я не
вылила массу в раковину, а понесла ее на стол, нельзя.

Вначале он просто молчал, задумчиво глядя в кастрюлю и пытаясь вытащить
ложку. Попытка удалась, и трясина, неохотно чавкнув, отпустила свою
жертву. Потом заговорил:
— Это что?
— К-каша, — я начала несколько заикаться, — но она немного переварилась,
но ведь с медом есть, какая разница..
Подозрительно осмотрев содержимое на ложке, он повернул ее вниз дном.
Моя кашка даже не шелохнулась. Тогда он высунул язык и кончиком
осторожно попробовал кашу на вкус, потом сморщился. По нему было видно,
что он не против сплюнуть, но пол только вчера мыли:
— Угу-у, — как-то неопределенно протянул он, — а почему несоленая?
— Так ведь с медом же, — уже тверже возразила я, — зачем сладкое солить.

— Ммммм, ты знаешь, я наверное пожалуй ее не очень хочу..

Попытки скормить кашу его вечно голодным соседям не увенчались успехом,
впрочем моим соседкам тоже. Собственно, ее вообще никому не удалось
скормить, потому что по мере остывания субстанция зацементировалась.
Вместе с ложкой. За ложку легко можно было поднять кастрюлю вместе с
содержимым. Отмывание кастрюли производилось при помощи долота для
выбивания кусков содержимого. По более позднему признанию моего будущего
мужа, по вкусу она напоминала тот же цемент, а строительная
промышленность потеряла в моем лице незаменимого сотрудника.

— Мы проводим социологический опрос. Если бы у вас была возможность поставить любой памятник в любом месте, что бы вы выбрали?
— Пулемет напротив здания госдумы. И новую ленту каждый день.

В этом году я заканчиваю ГУУ — кто не знает, это Государственный
Университет Управления. ВУЗ весьма престижный, судя по тому, как растет
количество групп на всех специальностях и конкурс на место.
Кадры у нас в уни попадаются очень и очень разные — и вот одна девушка
останется в моей памяти, наверное, навсегда.
Дело было на перавом курсе. Сдавали мы тогда экзамен по высшей
математике — пишется всем потоком. Потому сидели мы в аудитории так
называемого поточного корпуса — это такие большие помещения, устроеные
по принципу амфитеатра.
Математика у нас в ВУЗе — "нежно любимый" всеми студентами предмет,
потому сдается он, как правило, с кучей шпор. Но для некоторых студентов
написание шпор — ненужный и бесполезный труд, потому что (не надо
забывать о прогрессе) есть же хэндс-фри! Вставил в ухо, продиктовал
примерчик какому-нибудь умнику, записал ответ, сдал — и готово. Девушка,
о которой идет речь, на это и рассчитывала. Потому я с момента начала
экзамена слышала непрекращающееся бормотание — сидела она сразу за мной.
Вначале я не разбирала слов, но когда прислушалась...
"... так... смотри... тут, значит, надо решить... Вначале такой значок
идет странный... как будто большую букву М положили на бок... Ну как не
понимаешь, ну ты представь, нарисуй, что ли, если ты не понимаешь, я то
как должна... Вот, и над ней сверху лежит восьмерка..."
Не знаю, как собеседник милой девушки, но я далеко не сразу поняла, что
надо посчитать сумму от Х до бесконечности...
В этом году она станет дипломированным специалистом...))

Студентку спрашивают на экзамене:
— Вы знаете убийцу Лермонтова?
— Конечно, но только он не убийца, а великий поэт...

Преподаватель — студентке в театральном ВУЗе:
— Изобразите, пожалуйста, что-нибудь эротическое с обломом в конце!!!
— А-а-а-а-а-....-апчхи!!!

Комиссия.

Для тех, кто не знает истинного значения этого страшного слова, поясняю:
студенту дается две попытки сдать экзамен (первый заход и пересдача), в
случае провала на вторую пересдачу собирается комиссия из трех
преподавателей, которая решает, а есть ли вообще смысл данному студенту
продолжать обучение на факультете? Двойка на третьей пересдаче
автоматически означает отчисление.

Итак, комиссия. Два профессора и один доцент. И одна студентка перед
ними. Божий ангелочек, хлоп-хлоп глазками. Идет долгий и мучительный
процесс "накопать что-нибудь на три". (Преподаватели, вопреки легендам,
народ мирный и добрый. Отчислять направо и налево не хотят. И очень
радуются, когда могут поставить хотя бы троечку.)

В процессе экзамена девочка с удивлением узнает, что в килобайте не
тысяча байт, а несколько больше. Это приводит ее в замешательство.
Вопрос профессора "А сколько метров в километре?" вводит бедное дитя в
полный ступор. Она молчит, и в глазах ее отражается крушение всей
устоявшейся картины мира.

Желая помочь девочке, другой профессор спрашивает:

— Ну хорошо, я вижу, с километрами у Вас трудности. Ну да бог с ними.
Может, Вам будет проще сказать, сколько вольт в киловольте?

Лик ангелочка светлеет ("ну уж это-то я знаю!"), и она радостно выдает:

— Двести двадцать!

Дело было года 2 назад в НОЯБРЕ (это важно).
Возвращались мы с подругой с института на метро. Учились мы заочно,
2 раза в год вызывали нас на сессии. И во время сессий каждый
преподаватель считал своим долгом "нагрузить" нас по полной программе,
считая свой предмет самым главным. А мы девушки сознательные и пытались
запомнить всю эту муть, которая сейчас, к слову говоря, совершенно
не нужна.
Так вот, едем мы в метро. Перед глазами все плывет, в голове полная каша.
А ехать еще очень далеко.
...И тут на одной из станций в вагон заходят... 9 Дедов Морозов (!!!).
И окружают нас плотным кольцом (мы сидели в конце вагона на лавочке,
рассчитанной на 3 человека, и вагон в этой части был полупустой). Причем
пытаются с нами заговорить.
"Ну все, — думаем, — доучились..."
Потом мы огляделись по сторонам — нет, весь народ в ступоре. Все как-то
недоверчиво смотрят на это зрелище. Ноябрь на дворе! Какие еще Деды Морозы,
да в таком количестве?
И только вечером мы узнали, что это было. По телевизору рассказывали,
что студенты театральных вузов готовятся быть Дедами Морозами на детских
утренниках и, чтобы вести себя естественно и никого не стесняться, они
проводили плановые учения — ездили "при полном параде" в метро. Как
сказочно все начиналось и вот так банально все закончилось. Э-эх!

О таких случаям говорят: такое может быть только в кино.
Как-то я з друзьями — студентами поехал на несколько дней погулять в
Ужгород, попить закарпатского вина, хорошего кофе со сливками. Несколько
дней пролетели незаметно. За два дня до возвращения домой в Киев мы
познакомились с местными девушками, одна из которых мне особенно
приглянулась. Это знакомство обещало быть запоминающимся. Только
проблема была в том, она на следующий день уезжала в мой город поступать
в институт. Это меня огорчало, но не сильно. В Киеве она должна была
остановиться у своей тети, жить там как-минимум 3 недели и мы
планировали снова встретиться. В последний день в Ужгороде мы сходили в
ресторан, погуляли по городу, а утром я проводил ее на вокзал.
Расставались с грустью, но с надеждой о скорой встречи. Поезд пронулся,
я помахал ей, стоящей у окна, рукой и тут вспомнил, что в суете
расстования мы забыли обменяться киевскими адресами. Я пытался кричать,
но было уже поздно — поезд уходил вместе с любимой. Ребята смеялись надо
мной, а я не находил себе места. Это ж надо так промахнуться! Надежды
найти ее в Киева не было ни какой. Отыскать в Ужгороде — тоже. Фамилии
не знал и адреса тоже (мы встречались в центре), а домой я ее не
провожал. Что делать? Я в отчаянии. Возвращался в Киев в подавленном
состоянии. Ехал в метро в трансе. Подходил к своему подьезду с мыслями о
ней. И вдруг... Из моего подьезда выходит она — ее тетя — моя соседка.
Передать радость встречи было невозможно...

— На какой танец похожа предвыборная ?
— На канкан: все те же душераздирающие возгласы, подробности, а в результате зрителям опять покажут задницу.

Физтех после кабака отдыхает на скамеечке, рядом лежит. Подходит мент, берет , медленно читает:
— Ландау, Лифшиц "Теория поля"... Э, агроном, вставай!

Афоризм времен кооперативного движения:
Три настольные книги начинающего бизнесмена:
1. Двенадцать стульев.
2. Золотой теленок.
3. Уголовный кодекс.

Да, до Остапа Бендера мне еще далеко, а в те студенческие годы,
благословенно беспредельные начала 1990-х – и подавно.

Те, кто грыз гранит науки в студенческих общагах, знают, как студенты
обживаются домашним скарбом. Кровати, пару столов, стульев предоставляет
комендант-завхоз. Вся остальная мелочь, в основном кухонно-столовая,
наживается непосильным трудом в ближайших студенческих столовых. Мой
сокурсник, например, лично спернул 2 пластмассовых подноса, чтоб
изготовить из них корпус для самопального компьютера «Спектрум», если
кто еще помнит такие чудеса техники.
И вот год 1991 или 1992. Все хиреет, ВУЗы финансируются грустно, ремонт
в общаге не делается, постельное белье сначала меняется раз в 10 дней,
потом раз в 2 недели, потом от случая к случаю. Мебель, соответственно,
тоже приходит в упадок, никто ее списывать, естественно, не собирается,
мы ее латаем, как тришкин кафтан, но как-то не всегда успешно. Но жить,
конечно, можно, мы, чай, не мещане, даже праздники иногда себе
устраиваем, и не всегда алкогольные.
Одним из таких праздников было посещение пельменной, которых в советские
еще времена строили на всех окраинах нашей необъятной Родины с типовыми
названиями, типа, «Ласточка», «Ветерок» и пр. Цены там были повыше, чем
в студенческом общепите, но и качество поглощаемой пищи было еще выше,
посему после стипендии побаловать себя там было делом святым.
Итак, заходим вдвоем с товарищем, народу никого, т. к. день, часа три,
народ на работе или в поле, т. е. на учебе. Долго зовем кого-нибудь на
раздаче, в конце концов, обслужили нас, сидим, смакуем не спеша. Лепота,
за окном весеннее солнце, снег уже подтаивает, романтика, одним словом.
Но чую, зреет во мне какое-то смутное чувство-недовольство, а что
конкретно, осознать не могу. Доедаем остатки. Чувство зреет. Как
воспитанные студенты, уносим грязную посуду. Чувство зреет. Выходим,
проходим метров десять по улице. Эврика! СТУЛЬЯ! Какие там стулья! Это у
нас в общаге стулья все латанные и колченогие, с гнутыми еще спинками,
краснодеревщик Гамбс там и рядом не дышал. А в этом оазисе социализма
(или уже капитализма?) совершенно замечательные стулья – металлический
каркас, поролоновая прокладка, новый кожзам, в общем, мечта студента из
общаги. А мЕчты надо претворять в жизнь, мы рождены, чтоб сказку сделать
былью, этому нас еще в школе учили.
Поэтому дальше спонтанно-обдуманное действие. Возвращаюсь пулей обратно,
ага, клиентов нет, соответственно, персонала нет, хватаю стул и на улицу
обратно. На все про все ушло секунд 10, не более, товарищ мой даже
опомниться не успел. Отходим за угол от пельменной, мандраж спал
немного, но не совсем, вдруг милиция и пр. В итоге с оглядками, мелкими
перебежками, по-пластунски и заметая следы, добрались до родной комнаты
в общаге.
Стул, конечно, произвел фурор. Он прожил с нами 3 года, использовали его
и мы, и все наши соседи для особо ответственных мероприятий, типа,
лампочку заменить, шторы повесить и пр. И в таком же почти первозданном
виде был завещан первокурсникам. Дальнейшие его следы теряются в анналах
истории.
Я к чему все это. Ведь как изысканно и совершенно спокойно изымал стулья
тещи Ипполита Матвеевича сын турецко-подданного! Талант не пропьешь ни с
одним дворником. Я же при очередном просмотре «Двенадцати стульев», видя
на экране крадущегося отца Федора, вспоминаю эту полукриминальную
историю. Да, прям, дежа-вю… Мне только тогда бороды не хватало.

Идет письменный экзамен. Поточная аудитория. Преподаватель
сидит за кафедрой и читает газету. Все, как полагается,
списывают.
1 КУРС: Газета медленно ползет вниз. Все шпаргалки резко
убираются.
2 КУРС: Газета медленно ползет вниз. Все шпаргалки
закрываются руками.
3 КУРС: Газета медленно ползет вниз. Все книги убираются.
4 КУРС: Газета медленно ползет вниз. Все книги закрываются.
5 КУРС: Газета медленно ползет вниз. С верхних рядов
доносится "кхе-кхе". Газета мгновенно поднимается наверх.

Из рубрики "Обыкновенный фашизм":
Где:
МГТУ им.Н.Э.Баумана
Когда:
Только что (около 15.00) 01.07.2005
Собственно история:
Последний день сдачи сессии. По всему универу развешаны выписки из
приказа ректора об отчислении студентов, имеющих 3 и более хвостов.
По студенческому радио громогласно крутят Status-Quo "You are in army
now".
No comments: )

— На новолуние нужно монетку показать Луне и сказать: "Месяц, дружочек, дай денег полный кошелечек!"
— Минстр финансов из вас так себе.

На клиторе статуи Свободы обнаружены отпечатки пальцев Клинтона.

На тему спи*дили. Историю рассказал один военрук. Было давно.
Прислали им в школу, на демонстратцию, военные химикаты на один день.
Дал он студентам возможность разглядеть это вблизи и вышел из кабинета
по делам. Дело было на Украине, где ребята хозяйственные. Все нормально,
вроде бы и забыли про него. Через несколько дней звонят военруку от
туда, мол так и так, кой чего не хватает. Военрук с ребятами беседу
провел, мол нехорошо воровать. Химикаты не вернули. А знаете как нашли
воров (их было двое)? Двух парней, сумевших вытащить радио-активные
элементы из колбачек и коробочек, хоронили на кладбище как жертв
облучения. Вам может и не смешно, а у меня в детсве велик 3 раза
воровали (обЫдно да). Опубликуйте мою историю, а то все думают, что
воровать это круто.

— Девушка, давайте с Вами познакомимся!
— Ну!
— Я — Денис. Я как увидел Вас сразу понял: ради нее я готов пойти куда угодно!
— Ну!
— Что, ну? Куда пойдем?
— Не пойдем, а пойдешь...

— Наши ученые разработали новый метод ! Вы не платите рабочим своего завода зарплату пол года и больше, и о вашем заводе расскажут на ОРТ.

Отдыхали в Турции… Отель понравился, номер вообще супер, а полотенца такие пушистые… еле чемодан закрыли…

Штирлиц сидел и тосковал по русским газетам... "Правда", "Известия", "Красная звезда". Передовая статья... Решения пленума ЦК КПСС — в жизнь... Портрет вождя на первой странице... Как долго он был лишен этого счастья... В конце концов Штирлиц собрал всю свою волю в кулак, встал с унитаза и воспользовался давно опостылевшей ему немецкой туалетной бумагой...

– Не люблю я ваш этот город. Шумно здесь.
– Это стиральная машинка работает.
– Это вместо полоскания в реке? А лещей вы где ловите?
– Чаще всего в подворотнях.

— Как вы думаете, русалка это рыба или женщина?
— Ну-у, Сема, смотря какой голод тебя мучает!