Анекдот № 147510

Рыбак рыбака видит издалека — и начинает думать: "Откуда, сука, он узнал про это место?!"

Утро на рыбалке...
Мужики с перепою просыпаются.
Один продирает глаза и видит что сеть стоит посреди поля...
Будит второго и кричит: "Вася!!! *лять, ты где вчера сеть ставил, баран....
— Где ты вчера греб там я и ставил..

На рыбалку надо собираться очень тщательно. Но, как водится, всё-равно что-нибудь обязательно взять забудешь. Поэтому главное — это помнить о приоритетах. Забыл червей? Не беда! На берегу кого-нибудь накопаешь. Забыл удочку? Не смертельно, срубил небольшое деревце и лови на него в своё удовольствие. А вот бутылку забудешь — рыбалке каюк. Самогонный аппарат смастерить не из чего.

Самой крупной рыбой в реке становится та, которая не клюёт на приманку.

Идет собрание общества рыболовов-любителей. Выступает
председатель:
— Приближается время зимнего лова. Сколько будем брать водки? В
позапрошлом году мы брали по одной бутылке на брата — потеряли
удочки, в прошлом году брали по две — потеряли автобус. Что
предлагаете?
Выходит один рыболов:
— Предлагаю в этом году взять по три, но удочки не брать и из
автобуса не выходить.

Семья нового русского кyпается в озеpе, поблизости сидит pыбак — pыбy ловит.
Вдpyг pыбак yслышал, как HР зовет на помощь.
— Помогите! Моя жена тонет, а я не yмею плавать! Я дам вам сто баксов,
если вы мне поможете!
Рыбак в десять сильных гpебков оказывается pядом с тонyщей женщиной
и вытаскивает ее из воды. Потом обpащается к HР:
— Hy где моя сотня?
— Ты знаешь, она так мельтешила в воде, что я подyмал, что это моя
жена, но я ошибся — это моя теща.
— Эх, невезyха! Сколько я тебе должен?

Рыбалка с друзьями. Все что взяли, выпито... Хозяин машины случайно вспоминает, что в бачок омывателя налит самогон (остатки после перегонки — градусов 20... дабы не замерзало). Картина маслом, как говорят в Одессе. У всех все выпито (рядом рыбачки тоже присутствовали). И тут братва снимает бачок омывателя и с него разливает по стопкам... Глаза коллег-рыбаков надо было видеть......

Вчера в Ухрюпинске был дерзко ограблен магазин "Всё для рыбалки".
Судя по украденному, злоумышленники идут на леща.

Рыбалка, значит. Клевая такая рыбалка, мужики только успевают рыбу
в лодки втаскивать. Тут один мужик леску зубами затягивает, а его
челюсть вставная вывалилась и в воду — плюх. И с концами.
Мужик:
— Вот @#$#$%@#$@#$!!! Ну фто делать! Она фе, шука, дорогая, фелюсть-то.
Тут на соседней лодке здоровенного сома парень вытаскивает. И сразу же
к другим лодкам подплывает и спрашивает:
— Мужики, у кого-нить есть вставная челюсть? Одолжите на пять минут
для приколу.
Короче, взял у одного челюсть, вставил сому в рот. Подгребает к мужику,
что челюсть уронил, и говорит:
— Глянь, сом уже твою челюсть себе вставил.
— Не пифди.
— Да точно. Сам погляди.
Мужик:
— Фистый пифдеш (берет сома), мать шестная! (вынимает челюсть,
рассматривает), да это не моя (выкидывает за борт).

Очевидно, что слово ВОБЛА произошло от удивленного восклика рыбака

За жадность Господь наказывает…

Три друга, Михаил, Петр и Василий, отправились на рыбалку. Перед началом
заключили договор: кто поймает самую крупную – покупает водку.
Клевало, и очень хорошо, только у Михаила с Петром. Василий смотрел на
неподвижный поплавок, и его грела мысль: "Ничего, зато водки на халяву
попью!"
Чтобы не сидеть пнём, он сделал небольшую потяжку, и вдруг у него
клюнуло… Да так, что удилище в дугу. Снасть оказалась крепкой, и он
дотащил до подсачка двухкилограммового леща, которого крючок зацепил за
спинной плавник.
Наблюдавшие за ним Михаил и Пётр от зависти не лопнули. Да и чего им
завидовать, кандидат на покупку водки определился… Михаил только
констатировал: "Бог видит, кто кого обидит!".
— Что ты имеешь в виду? – удивился Василий.
— Я говорю, что жадность — это тоже порок… Мы ведь видели, что ты
"ловишь" на голый крючок, без наживки…

В России не две, а три беды – дураки, дороги и рыбаки на льдине.

Второе августа.
— Здесь нельзя рыбачить!
— Вообще-то я поссать встал, а это не удочка, это струя.

Только с рыбалки. Продам двух карасиков (35грамм и 53грамм.) по себестоимости. Затрачено: — бензин – 120 грн.

Случай на банкете. Мужик вещает:
— Как-то в своём среднестатистическом возрасте рыбачил до самого вечера. Уже смеркалось, рыбы — полный багажник, пора собираться домой. Руки были скользкие, и с пальца в воду слетело моё обручальное кольцо.
Сколько ни нырял, ни светил фонариком — не нашёл.
Правду говорят, что это плохая примета. Так и случилось. Мы, к сожалению, развелись.
Где-то через год в одном ресторане увидел в меню "Рыба, запечённая в фольге". Заказал, принесли блюдо, украшенное креветками и зеленью. Разворачиваю я осторожно фольгу, разрезаю рыбу и вдруг, что я там, по-вашему, нахожу?!
Все в один голос кричат:
— Своё обручальное кольцо?!
— Да не... плохо прожарена! Ресторанчик попался паршивый...

Сидят два рыбака на берегу. Забыли дома водку, рыба не клюёт, час молчат, другой...
Собрались молча, побрели домой. Один другому: — Слушай, хоть погода не подвела, да?

Рыбалка считается удачной, если количество пойманной рыбы хотя бы на одну штуку превышает количество рыбака.

Рыбалка в разгаре!
Уже и наживку
С трудом отличу от закуски..

Рыбак рассказывает приятелям:
— Как-то раз кончилась у меня на рыбалке наживка. И вдруг на земле я заметил ужа, из пасти которого торчала лягушка. Я вынул из него эту лягушку, разрезал на кусочки и стал удить. Но чтобы как-то компенсировать ужику потерю, я достал фляжку и влил ему в пасть несколько капель водки. Прошло немного времени, и я почувствовал, как кто-то трётся о мой башмак. Нагнувшись, я увидел... того же ужа. В зубах у него было три лягушки.

Разговаривают два рыбака:
— Знаешь, Петров купил себе такую маленькую квартиру, что невозможно
поговорить про рыбалку!

Препреамбула.

В последнее время в этой рубрике публикуется немало историй,
связанных с охотой и рыбалкой. Мне лично приятно.
Вношу и свою скромную лепту, заранее извиняясь за многословность.

Преамбула.

Лет 30 назад работал я в одной из своих первых экспедиций на Ямале,в районе небезызвестного мыса Харасавэй. Вахтовиков там было раз в 10 больше, чем моих научных коллег. И уже тогда попасть на работу на ямальскую (читай — харасавэйскую) вахту было очень сложно. Конкурс — как сейчас в менеджеры Газпрома. Однако, и среди пробившихся в заполярные бригады буровиков, строителей и т.д., были очень колоритные фигуры. Одним из таких был мужчина по имени Генрих — крупной наружности с дедморозовской бородой и манерами директора пляжа. Естественно, про Генриха ходили по вахтовому посёлку как бы легенды на разные темы — например, сколько водки он может выпить не пьянея или сколько студенток перебывало в его нехитро обставленном балке и т.п. И одна из "легенд" мне запомнилась на всю жизнь.

Амбула.

В тех краях (на Ямале) и в те годы (в отличие от нынешних) в разных водоёмах — от самого Карского моря до втекающих в него речек и озёр, из которых эти речки вытекают, водилось много очень вкусной рыбы — омуль карский, чир (щёкур), муксун, ряпушка и ещё много ценных сортов. Естественно, об этом знали и вахтовики, многие из которых поработали в соседних арктических районах. Рыбки хотелось всем, кто пробовал тамошнюю ихтиофауну это поймёт. Ловить рыбу пытались по ночам вблизи посёлка — сетями прямо в море. Лучше всего рыбалка удавалась в сентябре-начале октября, особи были нагуляными, средний омуль достигал 1 кг. Но рыбы ловилось всё равно меньше, чем желающих её употребить. И был придуман способ увеличить улов — выездная рыбалка по "злобинскому методу" — от бригады, скажем из 10 человек выделялся 1 рыбак и отправлялся в наиболее рыбоуловные районы Ямала. А оставшиеся 9 друзей ямальского "Оушена" некоторое время работали "за себя и за того парня". Упомянутый выше Генрих чаще всех от своей бригады попадал в рыбаки. Из-за этого он несколько раз был засечён местным начальством за отсутствие на работе. Хуже было и то, что местная рыбинспекция вкупе с милицейскими чинами тоже знала о знатном рыбаке. Надо отметить, что рыбалка без разрешения на Ямале всегда была запрещена. За поимку с рыбой были объявлены просто драконовские штрафы — в зависимости от сорта рыбы — от 100 до 250 рублей за каждый "хвост" с конфискацией улова. О размере штрафа за обнаруженную икру говорить не буду — возможно он назначался после пересчёта икринок и простого умножения числа икринок на стоимость неродившихся особей.
Как-то ближе к зиме Генрих был отправлен бригадой на одно из самых рыбных озёр. Да не один, а в содружестве с одним из знакомых ненцев, тамошних ямальских аборигенов. Надо отметить, что зима в тех краях наступает всегда неожиданно, т.е. начиная с первой декады октября в любой день и сразу чётким морозом. Ловят значит Генрих с ненцем рыбку сетями, дело спорится, улов всё возрастает. Видимо в какой-то момент у наших рыбаков произошло "головокружение от успехов" и они не заметили как из-за ближайших холмиков к их месту промысла быстро присел вертолёт.
А вышел из вертолёта сам капитан Слива, местный районный участковый, зуб у которого на Генриха не просто вырос, но и временами мешал спать по ночам. Картина крупного преступления была перед Сливой настолько налицо, что он, наверное, уже собрался менять свои однополосочные погоны на двухполосочные, но зато с одной большой звездой. Поступает приказ — рыбу, икру и видимые орудия преступного лова вкупе с Генрихом и ненцем срочно загрузить в вертолёт. После оной погрузки вертолёт взмывает в небо и направляется в посёлок Яр-Сале, являющийся законным административным центром земель полуострова Ямал. По приземлении вещдоки погрузили на грузовичок, а Генриха с ненцем повели пешком в райотдел милиции. Отмечу два превходящих обстоятельства. Первое — У Сливы не могло быть никаких претензий к ненцу — в те годы, опять же в отличие от нынешних, коренным жителям разрешалось ловить рыбу по определению, т. е. без всяких разрешений. Так что ненец препровождался в райотдел только в качестве свидетеля. Второе — дорога от вертолётной площадки шла по улице посёлка. Было на тот момент на улице как-то малолюдно и навстречу подконвойным и Сливе попался только один из местных поселковых ненцев. Генриховский ненец при этой встрече произнес на местном наречии что-то вроде короткого приветствия, а встречный абориген и вовсе ограничился кивком головы.
Пришли в райотдел. Генриха — сразу в обезьянник. Ненец нехотя ответил на пару вопросов Сливы, подписал какую-то бумажку и был отпущен на волю.
Капитан Слива, которого от Генриха отделяла только решётка обезьянника, отдал распоряжение своему подчинённому сержанту начать подсчёт содержимого вещдоков, а сам внутренне сияя радужными перспективами своей карьеры, рассуждал вслух да так чтобы Генрих слышал.

— Ну, всё. Наконец, я тебя поймал. Теперь я тебя оформлю по полной и судя даже по предварительным оценкам штрафом, Генрих, ты не отделаешься. Тут тебе срок светит ввиду ущерба в особо крупных размерах.

Генрих, уставший от слишком успешной рыбалки, отмалчивался. Через некоторое время в караульную заглянул сержант и пожаловался, что быстро пересчитать содержимое вещдоков не получается.
Слива, почесав репу, принял решение не торопиться. Генрих никуда не денется. До утра времени много. Принял капитан решение поспать, а с утра уж с новыми силами взяться за преступление века.

Утром, а скорее даже ближе к обеду, сержант доложил результаты своего тектонического труда по подсчёту содержимого вещдоков. Как и предполагал Слива, цифры были крайне убедительными.
На основе полученных данных с особым старанием капитан взялся за оформление протокола задержания.
Тут надо сделать ещё одно отступление. Прошедшей ночью на Ямале похолодало сразу и серьёзно.
Мороз выдался крепкий. Лужи в округе успели промёрзнуть до дна.

Капитан Слива, с усердием заполняя протокол, вслух и громко (опять же чтобы позлить невозмутимого Генриха) рассуждал о карах и нарах для ненавистного подследственного.
Ближе к концу многостраничного протокола Слива выдал такую тираду:

— Я даже и не думал как много в протоколе окажется весомых аргументов для суда над тобой, Генрих. Сидеть тебе до пенсии.

И вдруг Генрих впервые с момента их встречи подал голос, спокойный и уверенный:
— Так вместе будем сидеть, капитан.

Шариковая ручка буквально застыла в руке капитана. Слива, ядовито улыбнувшись, вопросил:
— С чего бы вдруг?

Генрих, глядя прямо в глаза Сливе, спросил:
— Сколько там у тебя в протоколе записано изъятых при задержании рыбацких сетей?

Капитан: — 9 штук.

Генрих: А сколько их нами было в то озеро поставлено7

Этот вопрос поставил капитана в тупик. Он вспомнил, что не особо приглядывался к местности при задержании. Не хотелось передерживать дорогостоящий вертолёт да и так картина была ясна.

Генрих, не дожидаясь реакции Сливы произнёс:
— Сетей было не меньше двадцати. А мороз сегодня ночью был неслабый. Вы, капитан, вморозили в лёд оставшиеся сети и теперь рыба в озере вымрет вся. Так что ущерб, нанесённый природе, от Вашей невнимательности куда больше моего будет.

Наступила не просто мхатовская пауза. Было слышно, как под фундаментом райотдела переворачивался с боку на бок укладывающийся в своей норке на всю долгую зиму спать нагулявшийся за лето лемминг.

Капитан так долго был в ступоре от осознания происшедшего, что и Генрих собрался было прикорнуть на нары, но был остановлен напрашивающимся вопросом:
— А что же теперь делать?

Генрих, демонстративно потягиваясь, ответствовал:
— Рвёшь протокол, немедленно меня отпускаешь, а я сразу еду на озеро, вырубаю изо льда все оставшиеся сети и мы квиты.

Ещё одна мхатовская пауза. Затем звук рвущейся бумаги, звякание ключей и вот уже Генрих на крыльце райотдела и без охраны.
Капитан не видел, что бывший подследственный быстро вышел на край посёлка и первым же попутным вездеходом уехал. Не знал капитан и того, что Генрих со всей возможной быстротой направился не к озеру, а к месту своей вахтовой работы.

Эпилог.

Утомлённый читатель, спасибо, что дочитал до этого места.
Не осуждай, пожалуйста, Генриха за невыполненное обещание.
К моменту его отъезда в озере уже не было ни одной оставленной сети.
Помните, что была встреча двух ненцев на улице?
Это были два брата и слова были не приветствием, а местным названием того озера, на котором рыбачил Генрих. И ещё до наступления темноты все сети были извлечены, озеро было спасено.

Помню, как один товарищ на рыбалке обжег ногу кипятком из котелка. Ему естественно немедленно посоветовали помочиться на место ожога. "Я только что отлил", — грустно пожаловался он.
Никогда до и после этого я не видел такого искреннего проявления дружеских чувств у людей. Помочиться на него были готовы все присутствующие, включая девушек!

Поймал мужик в реке окуня. Окунь хоть и большой был, но единственный,
не задалась рыбалка. Дома, при разделке окуня, он заметил, что в желудке
речного разбойника выделяется что-то сферическое, правильной формы.
Оказалось — черепашка. Признаков жизни она не подавала, но лапки,
головка были целые. И от нефиг делать, мужик набрал в банку воды и
закинул в неё черепаху. Утром обнаружил, что она живее всех живых -
вовсю носится в банке.
Пошёл, купил ей мороженых креветок, червяков и других вкусностей. Вот
так, кажется, всё — съели тебя. Открываешь глаза: вокруг чистая вода,
никаких хищников и хавки — ешь, не хочу. В черепаший рай попала, не
иначе! Так четвёртый год в этом раю она и живёт.

Один очень заядлый рыбак, оказавшись на месте преступления, схватил
преступника, но тот вырвался и убежал. Давая милиции описание
сорвавшегося бандита, рыбак утверждал, что тот был в три с половиной
метра ростом и весом килограммов триста.

Не так давно было. Приятель отправился на подлёдную рыбалку за корюшкой в Рижский залив. К несчастью, усилившийся береговой ветер оторвал огромную льдину с парой сотней человек и понёс в море. Слава Богу всё обшлось, спасатели сработали исправно. Через пару часов всех "горе-рыбаков" уже высаживали в порту с борта ледокола, правда, довольно далеко от дома. Приехавший за ним сын Костик поприветствовал отца так: "Ну чё, Умка?!"

Навеяно историями о миссионерах и прочих ходоках по домам.
Как-то и мне в дверь кто-то позвонил. Настроение лирическое. На автомате
подхожу, открываю и вижу перед собой большую половину циганского табора.
Начинает звучать что-то из серии "мы люди не местные... отстали от
поезда" и тут весь этот шалман притихает и с глазами размером с блюдца
кубарем уноситься с третьего этажа. задние давят передних. паника!
ничего не понимающий закрываю дверь. и только увидев себя в зеркале
начинаю понимать причину произошедшего... Дело в том что я накануне
вернулся с рыбалки. Улов был что надо. Вот его то я и потрошил когда в
дверь позвонили. Двухметровый качок, бритый наголо, с трёхдневной
щетиной, в забрызганной кровью майке, с тесаком и перепачканными кровью
руками: )

Поймал рыбак Золотую рыбку и задумался: о чем бы ее попросить? Попросишь
быть богачом — посадят, как Ходорковского. Попросишь быть царем -
поведут в подвал фотографироваться, как Николая Романова.
— А сделай меня, рыбка, богом!
— Будь по-твоему, — сказала рыбка.
...
Огляделся рыбак и видит — стоит он перед человеком в древнеримской
мантии с красным подбоем.
— Что есть истина? — спросил тот.

Заснув на зимней рыбалке, Семён стал частью пейзажа.

Для хорошей рыбалки необходимы пять компонентов: вода, рыба, рыболовные
снасти, рыбак и водка. При наличии трёх последних элементов, первые два
не обязательны. Рыбаку и так хорошо будет.

Вчера при подледном лове на Московском море рыбак Петров вытащил акулу,
но решил отпустить ее назад – все равно бы никто не поверил! Да и сам он
к тому времени многовато выпил!

«Вот вы говорите рыбалка… Ну не говорите, но думаете…»

Я всегда считал себя рыбаком. Что может быть лучше, чем теплым летним
утром посидеть у воды и подышать чистым воздухом? Мысли текут медленно,
никуда не спешишь. Если не клюет, то и задремаешь порой, как солнышко
пригреет. Ну а если повезет, то и рыбы наловишь, и, прийдя домой,
сказешь небрежно: «слабо клевало сегодня», и вывалишь в умывальник
пару-другую лещей под восхищенные взгляды домашних. Но вот зимой я до
описываемого приключения не рыбачил. И сейчас не рыбачу…

Мой товарищ Игорь позвонил мне в пятницу на работу:
— Чего делаешь завтра?
— Да Бог его знает? Холодно. Может пойду детей на санках катать. А что?
— Пошли на рыбалку.
— Ты же знаешь, не рыбачу я зимой. Да и снастей для зимней рыбалки у
меня нет.
— Я тебе дам все. Ты только оденься потеплее.
— Ну я не знаю… А куда ты ехать хочешь?
— На водохранилище поедем. Мой сосед на днях трех здоровенных лещей
привез. Лунку, говорит, раздалбывал, чтобы достать. Поехали.
— Ну давай.

Восторга по поводу моей затеи у жены не было:
— Ну куда в такую холодину? Простынешь ведь.
— Ничего. Я ватные дедовы штаны одену. И тулуп. Не простыну. Да и
придумал я одну штуку, все завидовать будут.

Из дома я выходил налегке. Небольшой рюкзак с раскладным брезентовым
стульчиком, термос с горячим кофе с коньяком и пару бутербродов. Зато
одет был на зависть всей компании. Ватные штаны, заправленные в
полувоенные высокие ботинки, кожух до пят, лыжная «грабительская»
шапочка с прорезью для глаз и сверху шапка-ушанка. Еле втиснулся на
заднее сидение жигуленка вместе с соседом товарища и его сынишкой.

День выдался солнечный и на водохранилище рыбаков было много.
— Значит так, — скомандовал сосед, — мое место, ясный хрен, занято. Но
ничего. Мы левее пойдем. Там тоже яма.

Пока располагались, пока сверлили лунки, пока мне Игорь объяснял как
вообще той снастью, что он мне приготовил, пользоваться, вроде и не
холодно было. Потом расселись каждый у своей лунки и «ананируем»
потихоньку. Вот тут-то морозец и начал пробирать. Клева нет, особо не
двигаешься, а ветер «будь-здоров»! Но не зря я придумывал, как от мороза
спастись. Ученый — он и на рыбалке ученый. Достал я спиртовку отдолженую
на работе, зажег и под стульчик поставил. Вроде теплее стало! Полы
кожуха на льду распластались, спиртовка не тухнет и тепло дает. Покушал
я, кофе с коньячком выпил и уже и подремывать стал с удочкой в руке …

Проснулся я от противного запаха. Вроде как пакля горит. Огляделся,
вроде нет костров никаких вокруг. Потом гляжу, «мать моя милая!»,
дым-то из моего кожуха идет! Смотрю под себя, а спиртовка стульчик мой
брезентовый пропалила, и теперь тлеют мои ватные штаны! А тут уже и
припекать стало…

Тот «цирк», который случился дальше, мне вспоминают все, кто это видел.
Мои начальные попытки потушить тлеющие ватные штаны похлопыванием,
развернувшись почти на 180 градусов в поясе, а затем согнувшись пополам,
между ног, в полуприсяде, были бесполезны, но привлекли всеобщее
внимание. Причем, со слов наблюдающих, делал я это подпрыгивая, шипя и
страшно матерясь. Всовывание в штаны руки, махательные движения ею
внутри штанов для создания пространства между тлеющей ватой и моей
задницей, зрителям тоже понравилось, но было истолковано неверно. А
печет-то больше!

Скинул кожух. Судорожно пытаюсь присыпать увеличивающуюся дырку снегом.
Но сколько его наберешь на льду, на открытом месте?! Хотя этот мой
акробатический этюд тоже неплохо смотрелся. А печет еще больше!

Вы никогда не видели, как собаки иногда вытирают задницу после
справления большой нужды, сев на попу и загребая передними лапами? Это
был следующий номер моей программы. Причем выполнял я его уже в круге
собравшихся вокруг меня рыбаков, которые сбежались после предыдущих
упражнений. Успех был оглушительный! Те, кто сквозь смех могли говорить,
давали советы типа «снимай штаны» и «давайте лунку раздолбаем». На мое
горе, первый совет был невыполним, ибо веревка в поясе затянулась узлом
насмерть, а второй совет был всеми отвергнут после реплики одного из
зрителей: «Ты на его жопу посмотри! Это же сколько долбать?! » А печет
уже нешуточно!

Спас меня мой товарищ Игорь. С криком: "Держите его! Раком его ставьте!"
он залил дымящееся отверстие моим же кофе с коньяком.

Дальше рыбалки уже не было. Врученная мне удочка в этой кутерьме
пропала. То ли рыба под лед утянула, то ли из зрителей кто-то не
растерялся. На обратном пути в машине воняло горелой ватой, мокрой
шерстью кожуха и немного кофе с коньяком. Каждый пытался вспомнить мои
особенно понравившиеся телодвижения и выражения. Кто-то вспомнил эпизод
с чертом в фильме «Вечера на хуторе близь Диканьки», кто-то сравнивал
меня с подбитым дымящимся самолетом. Я вяло отругивался. Все, кроме
меня, были, несмотря на неудавшуюся рыбалку, в хорошем настроении. Моим
детям обещали не рассказывать…

— У вас есть презервативы с начесом?
— Вам для зимней рыбалки?
— Да...И желательно с морозоустойчивой резиной.
— Там, куда вы его засунете, тепло.
— То, куда я его засуну, еще поймать нужно...