Анекдот № 141485

История такая.
В общежтитии Ростовского архитектурного института у одного
из студентов-старшекурсников сдохла аквариумная лягушка — довольно
мерзостное создание с белым брюхом... Факт сам по себе, конечно же,
довольно печальный. Кореша же бывшего владельца представителя класса
земноводных усмотрели и в этой трагедии (как и во всех событиях
студенческой жизни) положительные для себя моменты.
Все нижепроисходящее я могу объяснить только их затуманенными
алкоголем (к наркотикам у молодых архитекторов отношение, почему-то,
резко отрицательное) мозгами. Вообщем, представьте себе такую картину.
Общага. Длинючий коридор, по обе стороны которого расположены комнаты.
В обоих концах коридора — туалеты, М и Ж соответсвенно. Из комнаты
усопшей выдвигается процессия: впереди на детском трехколесном
велосипеде в шортах, тельняшке, с детским пластмассовым кортиком
на поясе и с круглым аквариумом на голове — хозяин несчастной.
К велосипеду на толстой веревке привязан советский (тогда еще)
роликовый конек — читай, катафалк, на котором и располагается
покойная. За ним идут твоарищи и друзья, в руках у которых стеклянные
банки, в которых плавают рыбки и сидит несколько оставшихся в живых
лягушек — родные и близкие покойной. Процессия проходит до конца
коридора, разворачивается, подбирается к противоположному концу
и останавливается. Хозяин слезает с велосипеда, снимает с себя
аквариум, переводит дух и объявляет: "В траурной церемонии погребения
участвуют только мужчины." После чего опять занимает свое место
на велосипеде и заезжает в мужской туалет. Туда же заходят и все
остальные представители мужского пола с банками в руках. В полной
тишине лягушка перекладывается со своего смертного одра в унитаз.
Дергается цепочка и покойная отправляется под истерические
всхлипывания избранных в свое последнее плавание.
А потом в комнате нашего осиротевшего друга произошло то, ради чего
все, в принципе, и устраивалось — обычная студенческая пьянка.
Правда, о покойной говорили только с хорошей стороны.
А потом были еще 9 и 40 дней — все, как у взрослых..

Прочитал я про "деревянные подшипники" из курсовых работ, и вот
вспомнилось.
Извините, что будет несколько длинновато — коротко писать времени нет.
А история получилась действительно забавная, хотя и с двумя присказками.
Присказка 1.
В середине семидесятых с целью выполнения курсовой работы институт
арендовал "машинное время" в каком-то почтовом ящике.
Естественно, глубоко в ночное время. А так как бюро пропусков
закрывалось в полшестого, я имел несколько часов абсолютно ничем не
занятого времени.
На ВЦ этой фирмы, кроме вожделенной ЕС-1040, имелась еще одна машинка -
Wang, широко применявшаяся для подготовки элитной документации в силу
укомплектации пишущей машинкой IBM Selectric с русским шрифтом.
Вот я в свободное от ожидания время и решил напечатать на ней реферат по
научному коммунизму. Мысль была весьма здравой, поскольку оценивались
таковые рефераты исключительно по внешнему виду.
В качестве реферата я просто перепечатал статью из "популярного" журнала
"ДИСССР" (Декоративное искусство СССР — расшифровывалось на второй
странице) с тиражом аж в 500 экземпляров, нисколько не опасаясь об
обнаружении "научными коммунистами" источника моего вдохновения.
Более того, в списке используемой литературы я честно переписал
аналогичной список из самой статьи и дополнительно указал что? -
название журнала, его номер и название свежепрередраной статьи.
Распечатал — 30 листов, вложил в заранее подготовленную обложку из
ватмана и прошил на стоящей рядом проволокошвейной машине — чуде
тогдашней буржукинской оргтехники. Она прошивала строчкой — как швейная
машина — то есть навсегда.
Увидел это местный дежурный электронщик и обругал меня нехорошими
словами — говорит, у нас специальные обложки есть — гораздо красивее,
чем твой мятый ватман. Поскольку расшить сшитое было невозможно,
перепечатал заново и изготовил новый экземпляр в "фирменной" обложке.
Присказка 2.
Была у меня в институте подруга с соседнего факультета, дружили мы на
почве любви к фантастике — а она вдобавок подрабатывала в институтской
библиотеке, где по-моему имелась практически вся издаваемая в СССР
литература этого толка. Сидим как-то вечером в библиотеке, обсуждаем
очередной бестселлер, и я заметил, что перфоленты с программами на
звездолетах свидетельствуют о скудоумии авторов. Вот я, мол, реферат по
коммунизму на компе сделал, на котором этих перфолент-перфокарт нет и не
предвидится. Тут эта дева и выдает — напечатай и мне, а то сдавать через
пару дней, а нечего.
Я гордо достаю из сумки второй экземпляр и естественно дарю — благо,
препы разные.
Сказка (которая на самом деле быль).
Через месяц наша научная коммунистка прямо на лекции объявляет, что
студент такой-то (я то есть) "в упорной борьбе" завоевал второе место на
городском конкурсе рефератов по НК. Вызывает к доске и с помпой вручает
почетную грамоту МГК ВЛКСМ.
В обед встречаюсь в вышеназваннной подругой, которая дает мне давно
обещаный свежевышедший "Заповедник гоблинов" и грустно так спрашивает -
"а поплоше ты не мог написать реферат, а? А то вот получила первое место
на городском конкурсе, ребята в группе смеются...".
Грамоты эти (обе) я до сих пор храню. И до сих пор ломаю себе голову -
или ребята в МГК попались с чувством юмора, или определяли победителя по
цвету обложки... Хотя в каждой грамоте напечатано полное название
реферата — в шесть строк уместилось.

История из моей стройотрядовской молодости. Если помните, в совейские
времена была такая обязаловка для студентов: летом не дурака валять,
а пахать на благо страны. Причем, норовили послать на работу, которую
никто не хотел делать, так как за нее не платили. Ну а тех, кто находил
денежную работу, комсомольское начальство контролировало особо.
Их, пидоров, волновало, как бы мы, зарабатывая по штуке в месяц (тогда
приличные деньги!), не забыли о коммунистических идеалах. Поэтому
приезжали к нам и контролировали и все норовили что-нибудь найти
и как-нибудь овиноватить.
Это исторический контекст. Теперь история. Я был комиссаром отряда,
который в 86 г. зарабатывал свои бабки на ремонте ж.д. путей одного
из угольных разрезов на юге Кузбасса. Так вот приходим мы на обед,
полдня отпахали на жаре, а тут на тебе — комсомольская пиздобратия
из местного штаба студотрядов с проверкой приехала. Ну, бойцов послал
обедать сам, исходя на гавно от злости (есть охота!), показываю
ихнему старшому какой-то "Журнал отрядных дел". Остальные комсомольцы
расползлись по лагерю, кто бутылки ищет (антиалкогольная кампния
в разгаре!), кто еще что. А у меня на отшибе, силами бойцов, выстроено
туалет на четыре очка и когда строили, один затейник сделал все дырки
в форме карточных мастей (черви, бубны и т.п.). Вдруг оттуда бежит
медик зонального штаба с перекошенным лицом (ну, бля, нашел что-то!)
Подбегает: "Кто комиссар отряда?", отвечаю бодро: — "Я!". "Ты видел,
что у тебя в туалете?" "Видел, — отвечаю — газета висит на гвозде,
гавно хлоркой присыпано". Тут он сделал страшное лицо и говорит:
"Там у тебя крайнее очко в форме фашистского железного креста!".
Все, штабные замерли как гончие — анитисоветчина на почве рвачества!
Я уже мысленно готовлю спич об отличиях крестовой масти от фашистской
награды, хотя понимаю, что не пройдет. Но ситуацию спас один парень
Андрюха, худой, сутулый, в очках, на губе всегда висит недокуренный
бычок сантиметра полтора и вот он проходя мимо нас в момент нашей
немой сцены и слышав про этот крест так мимоходом бросил: "Так мы ж
не молимся на него…".
Ржали все, даже комсомольцы. До сих пор я Андрюхе благодарен — выручил,
а то ходить бы мне с этой историей про отличия крестовой масти по всем
комсомольским райкомам…

На базе Кировского ВОКУ проходили спецподготовку деятели из различных
спецслужб. Фельдегеря, телохранители, да мало ли.
Тренировались эти парни по отдельной программе и очень серьезно.
Своими глазами видел, как один нехлипкого сложения «студент», без
видимых усилий, разбежался по стене и зачем-то пробил приличную дыру в
потолке… к большому огорчению преподов с кафедры физподготовки.
Стреляли эти ребята, как боги. Даже по тому КАК они держали автоматы или
пистолеты, было видно профессионалов высочайшего класса.
И был у них в программе такой чудной предмет «Огневой контакт в
помещении».
Это сейчас мы насмотрелись, как тренируются полицейские в Штатах.
«… открывается дверь. Пошел! Пистолет — в руках. Бац! Поднялась мишень -
«груднушка». Бум-бум! Дальше. Еще одна. Прицел!
Оп, это — заложник. Не стрелять!» Ну и так далее.
А тогда, в начале 80-х…
Где вы на стрельбище найдете такое помещение?
Кто служил, знает. Стрельбище — кусок чистого поля. Рубеж подготовки,
рубеж открытия огня, где-то вдалеке скачут мишени — все.
За мишенями — насыпной бруствер для безопасности.
А этим, блин, специалистам нужно не просто помещение, а -безопасное
помещение! Где ж его взять-оборудовать?
Идею подбросили фельдегеря.
Мы, говорит, в своей альма-матер, вагон для этих дел приспособили.
Какой вагон?
Обыкновенный. Пассажирский. Стенки только снаружи листами стальными
обварили, чтоб пули не пробили, а внутри — обычный купейный вагон.
Вагон, говорите? Неплохо бы, да, неплохо… Поставили бы его во-о-о-н там,
в уголочке и палите себе, сколько хотите. Только вот… проблема одна.
Так, мелочь, конечно, но…Где ж его взять, вагон-то?
Да где… Где у нас вагоны есть?
Ну… на вокзале, где ж еще.
Ну вот. Только это… Если у железной дороги просить — они старье
какое-нибудь отдадут. А нам нужен ХОРОШИЙ вагон. Чтоб диваны внутри,
купе, все, как полагается. Реальная обстановка нужна.
Хороший, говорите? Ладно, будем думать.
Думало начальство недолго и мысли свои выразило предельно кратко.
«В интересах качественной подготовки слушателей спецкурса до первого
числа следующего месяца на стрельбище учебного центра училища
оборудовать ВАГОН. Ответственный — начальник кафедры огневой подготовки
полковник Чуприков»
Оборудовать? А где ж его взять?
А проявите, говорят, солдатскую смекалку.
Смекалку? А кто у нас тут самый смекалистый?
Известно кто. Четвертый курс. Третий батальон. Пятая рота. Первый взвод.
А-а-а-а! Это банди… то есть, спортсмены Зонова?!
Они самые.
А ну-ка, пригласите ко мне старшего лейтенанта Зонова.
Разрешите?
Скажите-ка, товарищ Зонов… Да вы садитесь, садитесь. Вы хотели бы стать
преподавателем нашей кафедры? Надоело, поди, по лесам да по болотам с
курсантами бегать? Тревоги, ночные подъемы.
А у нас — как в конторе. К девяти на службу, в шесть — со службы.
Суббота, воскресенье — на диване. А?
Дык… неплохо бы… А чо для этого надо?
Во-о-от. Я сразу понял, что мы договоримся. А нужно мне от вас самую
малость. Вагон.
На поиски отправили трех курсантов. В смысле украсть-посторожить лучших
специалистов не было. Девизом «наглость — второе счастье морпеха» они
открывали любые двери. Ну, если не двери, так окна.
В общем, получили они увольнительные и отправились искать вагон.
Ближайшим к училищу, на его несчастье, оказался Московский вокзал…
На запасных путях которого нашелся вагон. Купейный, хороший вагон.
Наладив, на скорую руку, систему разведки, связи и оповещения, курсанты
выяснили, что вагоны-то никто, в принципе, сильно не охраняет…
А подъехать к путям лучше вот по этому переулку.
А если под колеса вагону поставить две платформы для перевозки танков,
то вагон на них вполне уместится…
А если приподнять вагон краном…
В общем, за сутки подготовительный этап операции «Вагон» был завершен.
И, не откладывая в долгий ящик, той же ночью вагон сняли с рельсов,
погрузили на платформы и …перевезли КУДА НАДО (не в смысле Учреждения,
описанного В. Войновичем, а в смысле вопроса гаишника на трассе — КУДА?
И ответа— НАДО!)
К утру вагон было не узнать. Что не нужно — сняли, что нужно -
приварили, привинтили, пришпандорили…
Где-то через неделю за вагоном пришли.
Люди в сером и люди в черном.
Люди в сером строго спросили: вагон есть?
Есть.
Покажите.
Вот.
Люди в сером спросили людей в черном: ваш?
Люди в черном: ну-ка, ну-ка… Не-е-е. Наш постарше был. А тут вон — в
туалетах нержавейка, панели благородного дерева кругом, столики в купе
новой конструкции, да и диваны — у нас были красные, а тут вон синие…
Не, не наш.
Вот и все, собственно.
Коллеги вскоре поздравили старшего лейтенанта Зонова с назначением
преподавателем на кафедру огневой подготовки, слушатели спецкурса
приступили к интенсивным тренировкам в вагоне…
Московский вокзал стал бдительно охранять свое добро…
Тут и истории нашей конец.
Ах, да.
Как вагон так преобразили, что отцы родные его не узнали?
Ну.
Операция-то тщательно готовилась.
Да и потом.
Мало в Питере вокзалов, что ли?
Там — панели, там — умывальник, там — столики, диваны…
Благо, добра этого в вагонах хватает и увезти все это можно буквально на
белой «копейке»…
Солдатская смекалка, я ж говорил.

ФАддей КЬЮков

Цыпль — сын Дебря.
-
Москва. Год то ли 83, то ли 84. Генсеки меняются, как в калейдоскопе,
но в преподавании всяких марксистско-ленинских наук пока никаких изменений.
Все, кто учился в институтах или университетах в те времена, прекрасно
помнят, что конспекты "первоисточников" были неотъемлемой частью
студенческой жизни. Никто, кажется, из преподавателей уже не верил, что
студентов удастся заставить читать труды основоположников, но конспекты,
вещь сугубо материальную, требовали от каждого и тщательно проверяли,
нет ли подлогов, замены обложки с фамилией, сличали почерк в конспекте и
в рабочей тетради, расписывались на каждой странице конспекта и т. п.
Большинство из нас с этим фактом смирялось и тупо, но добросовестно
перекатывало конспекты друг у друга. Смысл текста сохранялся в голове
максимум до конца написания строки, на переписывание уходило несколько
часов в семестр, но это был самый дешевый и надежный способ отбыть
номер. Но были и такие, кто откладывал переписывание на последний
момент — не проскочу, мол, тогда и сяду переписывать.
Есть у меня друг детства и тезка, Лешка, человек редкого остроумия,
острого ума, обаятельный как черт и страшный лентяй (был тогда, по
крайней мере, — сейчас мы живем в разных странах и редко видимся). Всю
школу мы проучились (и провеселились) вместе, а в институты пошли разные
— я в МАДИ, а он в МАИ. А зверели там в Авиационном преподы научно-
коммунистические, как я понимаю, еще хуже чем в нашем Автодорожном. И
вот однажды, звонит мне мой друг и говорит: "Дай конспекты, завтра
экзамен". Программа, как понимаете, по этому делу во всех институтах
одинаковая, так что конспекты — те же самые. "Да приезжай, — говорю, — и бери
хоть все." Ну, он приехал, конспекты взял, обложки на тетрадях, естественно
поменял, назавтра на экзамене подает их преподу. Тот берет стопку из 5-6
тетрадей, кладет перед собой на стол и начинает очень тщательно их
просматривать, перелистывая по одной странице. Леха терпеливо ждет, с
интересом разглядывая страницы конспекта вместе с преподом — оба они
видят содержимое этих тетрадей в первый раз в жизни. Примерно в середине
третьей тетради препод вдруг резко останавливается и разглядывает страницу:
очередной конспект кончается выше половины листа, а на оставшемся месте -
рисунок. Вполне пристойный, не надейтесь, но странного, мягко говоря
содержания. Нарисована довольно большая птица курицеобразного вида
(рисовальщик из меня никудышный, но то, что это птица — понятно) с
открытым клювом, и из этого клюва, как в комиксах, такое облачко и в нем
написано: "Я — Дебрь!". Препод слегка фигеет, смотрит искоса на Лешку — тот
невозмутим, как египетский сфинкс. Ничего пока не говоря, препод
переворачивает еще одну страницу. Здесь конспект идет уже до половины
страницы, но нарисована точно такая же птица, правда поменьше, и у этой
птицы из клюва слова: "Я — Цыпль, сын Дебря!". Терпение препода кончается,
он резко поворачивется к Лешке и в раздражении кричит: "Это что!!!??? Что
это такое, я Вас спрашиваю!!!!???" И вот мой Леха поднимает свои ясные
голубые глаза от тетради, смотрит прямо в лицо преподу, и очень тихо, и
очень медленно, не мигая, без тени улыбки (представляю, чего это ему
стоило), своим низким сексуальным басом, но тоном, каким ребенку
объясняют азбучные истины, говорит: "ЭТО ЦЫПЛЬ, СЫН ДЕБРЯ!".
Еще несколько секунд они смотрели друг на друга, после чего препод
улыбнулся, взял зачетку и поставил требуемую отметку, какую — не знаю, но
большего Лешке не было нужно. Когда он приехал ко мне вернуть
конспекты, то первым делом, прямо с порога с укоризной сказал:
"Предупреждать же надо!" и рассказал мне всю эту историю. Самое трудное
было, по его словам не заржать над этими картинками прямо там на
экзамене — ведь этим самым он выдал бы, что сам видит их впервые. Но все,
как говорится, обошлось...

Произошло это в 85 году, я тогда учился в МХТИ (Московский
химико-технологический институт). Были у нас лабы по органике.
Так вот, случилось мне разбить колбу с хлороформом, да так, что
сия жидкость пролилась мне на брюки, прямо на причинное место.
Хлороформ не так, чтобы уж очень вреден, но и приятного мало. Жжет.
Душ в институте один, в спортзале, бежать до него далеко, да и
не сообразил я, жжет ведь, побежал в туалет, благо рядом. Выложил
свое хозяйство в раковину (хорошо помню, что было это ужасно неудобно,
но я приспособился) и мою. В этот момент в туалет зашел какой-то мужик,
явно не студент, стало быть — препод (в вузе третьего практически
не дано).
А теперь представьте себе картину: препод зашел отлить и видит -
посрели туалета стоит офигевший студент и моет в раковине гениталии.
Лицо этого мужика я помню по сей день.

Про студентов — тьма историй. Вот не могут студенты выпить и/или
трахнуть кого по нормальному, чтоб без приколов. А про абитуру историй -
ноль. Несправедливо, братцы!
Ну так вот, дабы восполнить space, расскажу о своем кореше. Потянуло
его со товарищем после школы в МИЭТ поступить. Любили парни паяльником
побаловаться. Приехали парни в Зеленоград, устроились в общагу.
Студенчество на каникулы — абитура в их комнаты: ротация. Ну, комната,
соответственно, вид имеет обжитой: полочки там, холодильник, зеркало...
все дела, короче. Мол, вы здесь, детки, временно. А хозяева в отъезде.
Потому в холодильнике эхо, стенные шкафы гвоздями-сотками забиты, на две
койки — 0.8 матраца и т. д.
Заходят, осваиваются. Над дверью здоровенный такой плафон висит — а-ля
шахтерка, из толстенного стекла. Димон, задрав голову к этому плафону,
пощелкал в прихожей выключателем — не горит, ну и хвост с ним, проходит
дальше. Заходит Гриша. Щелкает ДРУГОЙ клавишей выключателя — JOBBS !!!
Плафон над головой разлетается вдребезги. У малого кровь по макушке
и по щекам, ну и вообще от остроты ощущений чуть копыта не сбросил.
Что это было — ясно: магний, марганцовка, серебрянка там — химичили,
знаем. И спираль лампочки в роли электрозапала. Шуточки, блин. Гришка
как комиссар с перебинтованным котлом сидит. А кабы Димон "попал" на
эту половинку выключателя — был бы без глаз, он ведь голову вверх задирал.
Ладно, осваиваются дальше. Выгружают еду из сумок, толкают
в холодильник. Гришка (вот малый бесстрашный) то-олько собрался вилку
от холодильника в розетку пхнуть, и тут Димку что-то в жопу клюнуло:
"Стой!!" — орет. Проверяют — заминировано! Бомба между полом и дном
холодильника, здоровая. Аккурат по ногам.
Ах ты ж е-мое! Злость ребят взяла. Раскурочили они заколоченную гвоздями
антресоль — а там много барахла всякого, которое и домой везти в лом,
и чужим оставлять — упрут. И, в частности, магнитофон "Юпитер" — гордость
меломана, футы-нуты, ценнейший агрегат!
... АГА ...
Как я уже сказал, паяльник парни хорошо освоили. Поэтому в момент
починили холодильник и (вы догадались?) "зарядили" магнитофон. Аккуратно
поставили на место. Гвоздики в дверки антресолей вставили. Tape-recorder
mu$t die!
Вот и вся сказка. Не поступили парни в МИЭТ и уехали домой, и больше
в Зеленограде не были. Отзвуки этой истории до них не дошли, так что
если кто-то погиб в результате взрыва, то, видимо, только "Юпитер".
А может, кто-то знает, чем дело кончилось?

Несколько зарисовок:

* "Прошу предоставить мне оплачиваемый академический отпуск"

История может и бородатая, но уж очень понравилась.
Перевод с языка философов: -)

Доказательство.

Профессор философии стоял перед студентами, а на столе перед ним лежали
несколько предметов.
Когда занятие началось, он взял большой стекляный сосуд и наполнил его
до краев большими камнями. Проделав это он спросил студентов, полон ли
сосуд. Все подтвердили что полон.
Тогда профессор взял коробку с мелкими окатышами, высыпал ее в сосуд и
несколько раз легонько встряхнул его. Окатыши раскатились в промежутки
между большими камнями и заполнили их. После этого он снова спросил
студентов полон ли сосуд теперь.
Они снова подтвердили — факт, полон.
И наконец профессор взял со стола коробку с песком и высыпал его в
сосуд. Песок конечно же заполнил последние промежутки в сосуде.
"Теперь," — обратился профессор к студентам,— " я хотел бы, чтобы вы
смогли распознать в этом сосуде свою жизнь! Крупные камни олицетворяют
важные вещи в жизни: ваша семья, ваш партнер, ваше здоровье, ваши дети -
те вещи, которые, даже не будь всего остального, все еще смогут
наполнить вашу жизнь.
Окатыши представляют менее важные вещи, такие, как, например, вашу
работа, ваша квартира, ваш дом или ваша машина. Песок символизирует
жизненные мелочи, повседневную суету.
Если же вы наполните ваш сосуд вначале песоком, то уже не останется
места для более крупных камней. Также и в жизни: если вы всю вашу
энергию израсходуете на мелкие вещи, то для больших вещей уже ничего не
останется. Поэтому обращайте внимание прежде всего на важные вещи,
находите время для ваших детей и партнера, следите за своим здоровьем. У
вас остается еще достаточно времени для работы, для дома, для
празднований и. т. д. Следите за вашими большими камнями — только они
имеют цену, все остальное — лишь песок. "

После занятия один из студентов взял стоящий сосуд с крупными камнями,
окатышами и песком, и, хотя даже профессор уже согласился, что сосуд
полон, влил туда стакан пива. Пиво заполнило теперь уже все оставшееся
место в сосуде и наконец-то он был действительно полон.

Мораль сей басни такова: все равно, насколько наполнена ваша жизнь, в
ней всегда найдется место для стакана пива!
Будем здоровы!

P.S. Абсолютно замечательную версию выдал PROMT, не хотелось опускать:
Мораль истории: равный(безразличноий, безразличный), как исполнено Ваша
жизнь является, она является все еще местом(площадью) для пива.
Prost!

Опытный преподаватель готовит студентов вуза к отчислению.

Конец 80-х. Институтская дискотека.
Иногда туда, кроме студентов и приглашенных, проникал иной контингент, и
тогда, бывало, возникали потасовки. Но наш опер.отряд справлялся своими
силами. Так было и в этот раз.
Мы с дамой в сторонке наблюдаем за "умиротворением". В это время мимо
проносился один из инициаторов и достаточно чувствительно зацепил даму.
Я, как галантный кавалер, торможу бойца и намереваюсь потребовать
извинения. Не успев произнести ни слова, замечаю летящую мне в челюсть
"плюху". Инстинктивно отклоняюсь. По инерции кулак оппонента
впечатывается даме в ухо. Чтобы уточнить взаимоотношения, перестаю
поддерживать девушку и освобождаю обе руки. Затем поднимаю с не очень
чистого пола девушку, которую необходимо привести в чувство. Не придумав
ничего лучше, беру на руки и тащу в мужской туалет, где подставляю
голову девушки под кран с водой. Первое, что видит, придя в себя, дама -
справляющего малую нужду нетрезвого мужика. Второе — свое отражение в
зеркале после оплеухи, непродолжительного лежания на полу и промывания
естественно наштукатуренного лица проточной водой.
По-моему, я ни в чем не был виноват, — и чего она обиделась?

Дело было в Таганрогском радиотехническом институте на кафедре
электрогидроакустики и ультразвуковой техники. Первая лекция по
электронике. Препод говорит:"В этом семестре мы будем изучать резисторы,
конденсаторы, диоды, транзисторы,...". Один студент с горящими глазами
не выдержал: "А микросхемы мы тоже будем изучать?". Повисла минутная
пауза, а потом препод эдак сквозь зубы говорит: "Еще пожалеете...".
Препод всегда прав.

Чикаго, Декабрь 1997. Захожу в метро на Огайо стрит. Сажусь. Заходят
две девчушки лет по 17. Смотрю "БА!!" На портфелях написано "World
Heritage" — ну думаю, "Студентки по обмену. Интересно, откуда?!"
Слушаю. "БА Дважды! Русские!" Думаю, без прикола и знакомства не
обойтись. Только вот как прикол сделать, че сказать? И вдруг они
сами нарываются. Сидели они как раз напротив меня. И та, которая
справа, вдруг на меня посмотрит, потом отведет глаза и в пустоту
говорит (как бы разговаривая с подругой) "Мальчик, а вы мне нравитесь."
Вторая ржет, как лошадь. Первая: "Мальчик, а как вас зовут?" У меня
на лице ноль эмоций. Прикидываюсь (хотя это очень трудно) тупым
американцем, смотрю по сторонам. "Мальчик, а вы мальчик или девочка?"
Думаю: "Да-а-а." "Мальчик, а можно с вами познакомиться?" "Мальчик,
а сколько сейчас времени?" Ну думаю "ХВАТИТ!" Смотрю на часы, и отвечаю:
"Пол пятого." Та, что все время ржала, смотрит на меня, потом на подругу,
потом опять на меня. Та, что задавала тупые вопросы, покраснела
и наивным голосом спрашивает: "Ты че, русский? А че ты все это время
молчал?" Короче, познакомились мы, потом еще погуляли пару дней. Я им
наконец-то вдолбил, что в Чикаго навалом русских, и что надо быть
поосторожнее.

Плыли на одном корабле студент и декан. Корабль разбился
о скалы, а их двоих выбросило на остров. Попали они в руки
к людоедам. Приводят их к вождю:
— Что с ними делать?
— Студента накормить, напоить и спать уложить, а с этим я
еще поговорю о своем распределении.

Экзамен по сельхозтехнике в сельхозинституте.
Студент:
— Эта пое@#нь вращается вокруг этой х#$ни,
@#$%$#.......,#$%$#@.....зап@#$%чили сюда.
Преподаватель:
— Вашу зачетку! 'ЗАЕ@#СЬ'!

Рассказал Николай Гришко.
Одно время он работал в КиАПО (Киев.АвиаЗавод)
и в свободное рабочее время делал студентам контрольные.
Начальник не ругался. Однажды подошел к нему,
посмотрел на труды и сказал:
— Знаешь, я за всю свою трудовую жизнь — лет 25 -
ни рюзу нигде не применил математические познания,
полученные в институте. Хотя... Нет, вру. Один раз все-таки
довелось.
Как-то раз иду я по улице, ветер сорвал с меня шляпу и покотил.
Бежал я за ней довольно долго, и уже почти догнал,
как она в канализационный люк провалилась. Я ее вижу,
а достать не могу, чуть-чуть рука не достает.
Походил, поискал, чем достать. Вижу — кусок провода валяется.
И тут-то меня осенило, тут-то я и блеснул своими знаниями.
Я этот кусок скрутил в виде интеграла ь эдаким крючком
и достал шляпу !

Я преподаю в МАМИ (автомеханический) металлорежущий инструмент, резание
и т.п. Идет защита лабораторной работы по измерению температуры при
резании

Вспомнил забавный случай, который произошел на экзамене во время моего
обучения на ВМиК.
Студент (С) отвечает лектору (Л). Первый вопрос знает плохо, второй еще
хуже. Лектор дает дополнительный — по нулям. Еще один — опять ноль.
Третий — то же самое.
(Л) — Ну и что будем ставить?
(С) (уверенно) — Четыре !
(Л) — ?????? А за что четыре? Билет не знаете, на вопросы не ответили,
да и на лекции ко мне не ходили.
(С) (обиженно) — Да я на всех ваших лекциях был !
(Л) — Что-то я вас не припомню
(С) — А помните, у вас на лекциях кто-то все время газетой шуршал
и вы всегда замечания делали ?
(Л) — Помню.
(С) (радостно) — Так это я был !
... паузаЛектор берет зачетку и ставит ЧЕТЫРЕ. Занавес.

Профессор — студенту на экзамене:
— Какие вы знаете виды родов?
Студент:
— Преждевременные, запоздалые, неправильные.
Профессор:
— Подробнее, пожалуйста.
Студент:
— Преждевременные — за год до свадьбы, запоздалые -
через три года после смерти мужа, неправильные -
когда вместо жены рожает соседка.

Студент матфака готовится к экзамену по мат.анализу и неожиданно
восклицает:
— Но я же не сдам сочинение!
Все вокруг были очень удивлены: какое сочинение? Матфак ведь все-таки.
Тот студент же объяснял свои слова так:
— Сейчас я учу матан, я ничего не понимаю, поэтому на экзамене мне
поставят двойку, поэтому меня выгонят, поэтому на следующий год мне
придется поступать снова. Но я же не сдам сочинение!

У всех девушек есть тараканы в голове. Но есть такие девушки, у тараканов которых есть свои тараканы...

Тараканы в его голове доедали последние крохи разума.

Таракан прусак — "Blattella germanica"(биол. энц. словарь)
В Германии же, тараканов называют "русак"
Прусаки при минус семи (в градусах) просто мрут.

Товарищ рассказывал. Получил он жилье в райцентре. Двушку в двухэтажном
доме. Нормальная панельная двухэтажка. Центрального отопления не было,
но в квартирах было установлено АОГВ. Автономный газовый водонагреватель.
Тараканы облюбовали расширительный бачок.
Тепло, темно и хозяева не пристают с тапочками.
И решил однажды ответственный квартиросьемщик от непрошеных жильцов
избавиться.
Корочки пожалел, или топот шестиногих надоел, не помню. Но кару он им
придумал суровую.
Современных инсектицидов в то время не знали. Растелил он на бачке
клеенку, подсыпал на нее вкусностей в виде печенюшек и сухариков всяких,
сахарка подсыпал... Всю ночь братва кутила. Даже из соседнего подъезда
приползли на халявку.
А утром, этот изверг одним махом свернул всю самобранку, с едоками и,
одним махом зашвырнул эту свертку на мороз, в снег, к сараям.
Если вы думаете, что тараканы на морозе в момент окочурились, от испуга
ломанулись в рассыпную, вы ошибаетесь.
Тараканы кучною толпой рванули в сторону дома, как птицы — на юг. С его
слов — "Скакали дружно, аж снег промяли".

ТАРАКАНЬИ БЕГА.

По кухне белый таракан
Ползет тоскливо.
Его обидит и болван,
Любой ленивый.

Всяк норовит его убить
Столовой ложкой,
Тяжелой книгой придавить,
Чтоб стал лепешкой.

А он — спортсмен, он — чемпион
В душе горячей,
Хоть и глухой, к тому же он
Почти незрячий,

Но — спит и видит, как его
Оценят люди,
И свет, и зрители, и гонг
Сольются в чуде…

Дорожку выберут — и вот -
Удачна карта!
Сведет чешуйчатый живот
Рывком азарта,

Нальются краснотой зрачки -
Знак альбиноса,
И пусть подножки, пусть тычки,
Пусть кровь из носа!

Он -Бог, он — Царь, он -Господин,
Хоть насекомый,
Вибрирует его хитин,
Борьбой влекомый,

Помогут и не подведут
Стальные нервы,
Он многоног, и быстр, и крут -
Он будет первым!

Зашевелит усы поток
Победы чувства,
Все позади — и кипяток,
И запах дуста…

А после — скромно, без венков,
Упрячут в ящик,
Без поцелуев, славы слов
Назад утащат…

По крошкам грязного стола
Дурной приметой
Ползет … А был сродни орлам,
Певцам, поэтам…

(с)Дели

Британские учёные выяснили, что тараканы живут на Земле уже 250 миллионов лет. Это что же получается: они пережили динозавров, а мы их тапком?!..
Это несерьёзно...

Я бы хотел стать простым тараканом,
И поселиться в общаге у вас.
Как это здорово — быть партизаном,
И ползать ночами из тазика в таз.

Как это здорово, в банку варенья
Забраться и вылезти только к утру.
Как хорошо, в чей-нибудь день рожденья,
Быть своим парнем на этом пиру.

Как хорошо, если вечером кто-то,
Смотрит потертый журнал "SPEED-инфо"
Как таракану, мне будет охота,
Пройтись по вопросам про это и то.

Как таракану, мне будет приятно,
К рыжим подружкам все время ходить.
Только не надо из нас делать пятна,
И дихлофосом на кухне травить.

Вы не смотрите, что я такой мелкий,
Если покушать — я сильный, как слон!
Люди, прошу вас, НЕ МОЙТЕ ТАРЕЛКИ!!!
Если не трудно, ведь нас — миллион...

Моя жена страсть боится тараканов. Как-то спрашиваю у нее: "Если бы ты
знала государственную тайну, ты бы выдала ее, если б враги стали пугать
тебя тараканами?" Ответ был супер: "Да они просто будут не успевать
задавать вопросы!"

Если оставить крошку на столе — заведутся тараканы.
Если оставить невынесенное ведро — заведутся крысы.
Если оставить невывезенную помойку — заведутся люди.

История про средство от тараканов от 26 числа — вполне реальна. Где-то на рубеже 80-х и 90-х, я общался с одним американцем из бывших наших. Ну и Гарри, который в поисках жизненной ниши в Штатах, успел поработать в ресторане, презентовал мне приватизированный там баллончик какой-то хрени, которой в тамошних заведениях всех этих кукарач изводят. Т.е. для промышленного пользования. Я тогда жил в самом центре Москвы у самого Кремля, в коммуналке, где тварей этих на 20-метровой кухне было больше, чем баксов у Абрамовича.
Соседи свалили на дачу, так что договариваться не было нужды. Согласно инструкции, поставили баллончик посреди кухни, задраили люки, вытащили чеку. Баллончик выплюнул маленькое облачко синего пара, и мы слиняли.
Утром кухня напоминала картину "Апофеоз войны" художника Верещагина. Вся кухня была завалена трупами, и чем ближе к эпицентру, тем больше. Ведром там не обошлось.
Кстати, после этого я пользуюсь только американскими препаратами — вроде и названия с нашими одинаковые, и состав тот же, но наши — явно в сговоре с противником. Вот, с год назад откуда-то в квартире (уже другой) откуда-то нарисовались блохи — я не стал связываться с СЭС (или как их там теперь), заказал упаковку какого-то очень недорогого, но хитрого яда, что куда дешевле, с первого же подхода помимо блох — снесло и мелких муравьёв, которые тоже жили на кухне, хотя особенно и не доставали.

— Алло, а Вася дома?
— Его нет, а что ему передать?
— Передайте ему сто рублей.

— Алло, здравствуйте, это Вы?
— Это Я.
— Плохо... мне Вы нужен...

Звонок по определенному номеру, например Васе. Четким голосом и с подобающей интонацией
говорите:
— Это Вася?
— Да, это я!
— Вы самое слабое звено! Прощайте.