Братья Джамалдиновы (رحمه الل), - жертва зятя эксспикера Хасбулатова(رحمه الل), Мусаева Умара. Борз-Эла Ибрагимов

Братья Джамалдиновы (رحمه الل), - жертва зятя эксспикера Хасбулатова(رحمه الل), Мусаева Умара. Борз-Эла Ибрагимов.

Речь в этой заметке о прямом участии в убийстве братьев Джамалдиновых зятя Хасбулатова(رحمه الل), Мусаева Умара из с. Бердикель Чечни. Я до сих пор в оцепенении от того неизбывного горя, которое охватывает в тот день. Первая мысль, когда узнал о расстреле Исхака и Акмара(رحمه الل), на АЗС Хасав-юрта была уничтожить Умара со всей своей гадкой семейкой и эта мысль осталась главной целью моей жизни.

Но давайте вспомним всё по порядку, чтобы решить раз и навсегда вопрос расплаты за содеянное нам зло и пусть тогда я встречусь со своими братьями Исхаком и Акмаром(رحمه الل), в Джанната, инш Аллах!

Я перед началом работы по этому Аллахом проклятому со всем своим родом Мусаеву Умару встретился с Исхаком(رحمه الل), в Махачкале, когда он приехал к мэру Саиду Амирову (Рузвельту), хотя у братьев отношения с ним, как и со всеми знаковыми в Дагестане были ровные и равные, но я настоял на своём участии в этом, так как мы с Рузвельтом дружили ещё с 1980-х. Тогда он был председателем правления Дагпотребсоюза. Пока мы ехали к нему наул. Пархоменко, Исхак коротко изложил суть вопроса: его родственник – зять Руслана Хасбулатова(رحمه الل), – крупный московский бизнесмен некий Умар Мусаев (друживший, с его слов, с Патрушевым мл., Шойгу и кучей других особо приближённых лиц). Он отгрузил в Махачкале этиловую жидкость на экспорт, но местные власти её сбагрили, проводят обыски в Москве. Самого чуть не арестовали, но его спас Патрушев мл.(как я выяснил, спас его влиятельный московский дядя, да и познакомил со всеми перечисляемыми он, а эти Мусаевы отблагодарили его заказав дядю и семью сотрудникам ФСБ и киллеру.).

«Дальше можешь не рассказывать», - перебил я Исхака. –«Всё ясно – твой Умар не хочет делиться с дагестанскими контролёрами, спекулируя Путрушевым и пр. столбами, которым эта жидкость, как и этот этиловый зятёк по барабану. Мы – то с тобой пойдём сейчас к Рузвельту, он хинкалом угостит, чаем побалует, но откаты чиновникам отменять он не будет. Не он их устанавливал. Госконтроль «баснями не кормят», у них конкретная доля по каждой позиции …». Я тогда понял, что этот этиловый зять ещё тот гусь, тем более мне об их семейке много негатива слили московские чеченцы. Их называли: «люди-шайтаны». Дело в том, что эти черти обманывали на деньги даже близких родственников и сирот.

«Ты сейчас позвони этому бесу Умару и скажи, что минимальная цена даже прикоснуться к каляске Рузвельта 10тыс. баксов…», - предложил я в шутку Исхаку, когда мы доехали, но он это воспринял всеръёз, как я потом понял.

«Нет проблем, лишь бы вопрос решился», - ответил он тогда.

Рузвельт молча выслушал Исхака и после короткой паузы ответил: «Я знаю это дело. Ты, брат, Исхак рассказываешь то, что тебе наплёл Умар, но там дело в другом. Эти братья, как черемшой в Грозном спекулируют высокими именами – Шойгу, Патрушев, Путин, но в бизнесе есть свои установки – кому, сколько и когда. А они обменщики. Ведь люди знают о наших дружеских отношениях с вами и зная, что мы встретимся по этому поводу, мне о них всё рассказали….». «Есть такое выражение у даргинцев: увяхси. Знаешь что это означает?», - смущённый Исхак отрицательно покачал головой. (Видно было он горел стыдом за своего Умара. «Это на русском вроде, как подлец. Такой отзыв об этом этиловом зяте и его подонках – братьях. Что можно говорить о нелюдях, которые заказали сына своего благодетеля дяди?!». - «..Если честно, я не хочу с ними ничего иметь...». Я сделал сникшему Исхаку знак, чтобы он отошёл.

«Телефон заберу», - стыдливо пробурчал Исхак и пошёл к выходу.

–«Перестань, ради Аллаха, резюме расписывать этих Мусаевых. Ты не Америку открыл, что они подонки - не знает только ленивый», - начал я сразу, когда за Исхаком захлопнулась дверь, хотя для меня всё, что говорил Рузвельт было шокирующей новостью. «Мы тебе этот унитаз не в мэрию замом пихаем, да и не ради этого, как ты сказал, увяхси ты всё это делаешь..».

Рузвельт улыбнулся дружески и ответил: «Есть такая даргинская поговорка: Абушадли-кабашар. Знаешь что это означает?»

- «Что закинешь, то и выйдет.Этот твой Умар закидывает только в свой карман. Они все братья, говорят, как на подбор увяхси. Подскажи ему, что зять Хасбулатова – это не должность, а Патрушев или Шойгу не начальники госконтроля Дагестана. Я, конечно, вас уважу и верну ему всё, а может кое-кого и прогоню, кто особо сильно на него давил…».

Вот так договорившись по безнадёжному делу мы с Исхаком уехали. После этой начались аресты и разбирательства с конфликтующей с Умаром стороны и ко мне приехал Акмар – младший брат Исхака. За чаем, он достал и положил передо мной пачку долларов. –«Вот десять тысяча».

- «Это Умар передал?», - я внимательно смотрел ему в глаза. –«Да, но…». Я знал, что братья не умеют лгать и отодвинул пачку обратно. «Я от братьев своих денег не возьму. Зачем ты меня обижаешь - я с Исхаком пошутил.».

–«Умара не было в Хасав-юрте. Я прошу тебя – не позорь меня перед братом!»- Акмар был в большом смятении.

–«Вопрос не в этой десятке. Дело-то стоит много и много тысяча баксов. Вопрос в этом дерьмовом Умаре. Ведь он подведёт. С золотой картой в кармане, обсырая золотой унитаз, которым он хвастает, как нобелевской премией, он обманом и ложью даже эту мелочь для такого много миллионного дела спихивает на тех, кто ему отвоёвывает у таких акул много миллиардный бизнес. Позвоните его дяде и скажите: давай закрывать тему, чтобы потом не отстреливаться из-за этого гамнюка», - попросил я тогда Акмара и только потом я узнал, что этот зятёк обещал съездить домой (с золотой картой в кармане!!!) и привезти эти грёбанные 10тыс., но забыл, технично загрузив переживавших не лучшие времена братьев.

Все вопросы были буквально скоропалительно решены. По сути мы этого Умара сделали главным экспортёром этиловой жидкости и нефтепродуктов, но даже за чай в ресторане он не заплатил и не заплатил обещанное исполнителям. Когда я пришёл очередной раз к Саиду по другим вопросам, он между разговором вскользь заметил: «У меня по делу этиловой жидкости спрашивали об Исхаке и Акмаре. Я не стал их прикрывать, ведь я их обоих предупредил, что этот этиловый зятек увяхси конченный. Спрос, ведь не с этой шалупени – Умара – его и под микроскопом не видно. Поручились-то за него не простые парни, а Исхак и Акмар. Так что ты им скажи. Ведь ты же знаешь у вас врагов из- за этого этилового зятька весь Хасав-юрт и пол Махачкалы…».

Меня буквально изнутри жгло от предчувствия беды и я съездил к попросившему за этого шайтана Умара его покойному сейчас дяде Муслиму (رحمه الل)./. Только потом я узнал, что Исхак звонил ему незадолго до своей гибели и говорил о неправильном поведении его племянника/. Моя поездка закончилась тем, что Умар поклялся дяде Кораном, Аллахом и всем, что свято, что он никому ничего не должен, а вроде бы ему все должны – и Исхак, и Акрам и даже Рузвельт. Такой же сценарий был и после звонка Исхака Муслиму незадолго до своего убийства. Только потом, пообщавшись с чеченцами, я узнал, что эти Мусаевы потомственные клятвопреступники. Для них поклясться на Коране, как посидеть на золотом тазике без нужды для наслаждения. Я никогда не прошу себе, что не застрелил тогда эту мусаевскую тварь, ведь это спасло бы моих братьев, да и многих тех, кого они подвели к гибели и после братьев.

Исхак и Акрам своей решительностью, способностью преодолеть любые трудности, противостоять казалось бы и непреодолимой силе и одновременно праведностью и готовностью протянут помочь в беде снискали добрую славу, пользуясь большим авторитетом и в Дагестане и в Чечне. Но разгадать этого унитазного шайтана не смогли и жестоко за это поплатились и я тоже.

Традиционной характерной особенностью этих унитазопоклонников харцмагамедовичей является, оказывается, отвечать на любое- малое или большое добро в отношении них непременно чудовищным по масштабности и харцмагамедовской жестокости злом. После большого добра от Джамалдиновых, например, от Мусаевых по семейной традиции бумерангом последовало чудовищ ное зло - Умар с садистской жестокостью подвёл обоих братьев к их жестокому убийству, чтобы не выплатить за выполненную работу стороной исполнителей. Это была их традиционная потомственная харцмагамедовская благодарность клятвопреступников. Оказывается есть такой тип людей, совершение добра в отношении которых смертельно опасно. Недаром Шейх Зуль фикар Ахмад Накш банди на наше письмо о хукме заказа Мусаевыми на уничтожение семьи своего благодетеля дяди и убийства братьев Джамалдиновых по их вине ответил: "...Есть люди-шайтаны, на сердцах которых печать зла, а зло надо уничтожать". Коротко и ясно!!! По прямой вине Умара с печатью зла на сердце, не сдержавшего слово и нарушившего клятву лучшие из лучших Исхак и Акрам были расстреляны 13.04. 2018г. на АЗС «Бетли» в Хасавюрте, а Умар из Бердикеля Чечни, сидя на золотом унитазе не ради нужды, а ради, хоть и ложного, но самоутверждения своего выпирающегося наружу ничтожества, читал шокирующую всех и радующих только мусаевых новость об убийстве праведных братьев, посмеиваясь тому, что ему -такому ничтожеству с печатью потомственного клятвопреступника опять кто- то поверил.

Наблюдение за тянущимся за Мусаевыми шлейфом кровавого следа низменных до омерзения подлостей, ставит перед нравственным выбором: какие избрать наиболее даже радикальные меры, чтобы пересечь это зло. В данном случае, по моему, комментарии излишни; «Зло надо уничтожать в корне». (На фото убитый Исхак, а почти рядом и невидимый на фото Акрам, رحمه الل).

Братья и сёстры! Далайте до1а: Рабана ва наджжина бирахьматика миналь-къавмиль-кафирин Леча, Анзор, Умар, Алихан ибн Хасмохьмад, Тамерлан ибн Анзор, Артур ибн Умар ла тадж1альна фитнаталь-лиль къавми -ззалимин Аллахумма, мунзиля-ль-китаби, сари‘аль-хисаби-хзим аль-ахзаба, Аллахумма-хзим-х1ум ва зальзиль-х1ум! Продолжение следует.