Загрузка страницы

КРАСНАЯ ШАПКА - мистическая история

Книга Натальи Медведевой "Зов САЛАМАНДРЫ"

Описание


Эта книга о мистических историях, которые происходили со мной в моей жизни и с моими друзьями, знакомыми, коллегами по работе. Истории разные и они документальные. Они очень интересные, необычные и поучительные. Это сверхъестественные явления, мистические и жуткие ситуации.
Может и в вашей жизни происходило что-то подобное, но некоторые истории, о которых я рассказала в этой книге, совершенно уникальны. Я вам гарантирую, что с такой мистикой вы никогда ещё сталкивались. Во всяком случае, я никогда ничего подобного не слышала. Это реальное волшебство и реальные чудеса.
Книга очень интересная, волшебная и ценность этой книги в том, что она документальная. Советую всем её почитать.
В 12 историй и эпилог. Рекомендую для чтения 16+.

Читать книгу онлайн на сайте: MNe-book.com

Открыть в полный размер

ОТРЫВОК ИЗ КНИГИ НАТАЛЬИ МЕДВЕДЕВОЙ "ЗОВ САЛАМАНДРЫ"


ГЛАВА 2 «Красная шапка»


За пару дней перед отъездом в Чечню, в марте 1995 года, я проснулась среди ночи…

У меня так бывает. Я могу проснуться среди ночи от того, что мне надо сделать что-то важное. Это странное состояние и не возможно его объяснить. Это информация для меня, которую я должна понять, либо я не усну. Нет, это не сон мне приснился. Это другое. Это что-то сверхъестественное, которое невозможно объяснить. Это сверхъестественное всегда касается будущего.

У меня даже мышцы на спине начинают болеть. Пока я не догадаюсь и не пойму, что надо сделать – боль не утихнет. Мышцы так сжимаются, что дышать трудно.

Что, что я должна сделать? Может что-то важное взять? Диктофон купила, деньги на поездку надо занять, но это не то. Что-то еще важнее. Это очень важно. Если я не пойму, что это - я не смогу дышать. Спина болит. Мышцы на спине сводят так, что дышать не возможно. Ну что? Что?

...Поняла! Я должна быть яркая! А как это сделать?

Я пришла к выводу, что у меня в одежде должно быть очень яркое пятно. Яркий цвет – это красный. Купить красную куртку я не смогу. Денег нет, и куртка не годится. Лучше шапка яркая. …Да! Нужна красная шапка. Да, точно, красная шапка! …Спину отпустило. Всё, можно дышать и спать дальше.

Просыпаюсь каждые полчаса, чтобы утром поехать за красной шерстью. Ровно в 9.00 утра, я стою у магазина «Вешняки», в Москве. Но я забыла, что магазин, оказывается, открывается в 10.00 утра. Не уйду, буду ждать открытие у дверей магазина. За час я не сдвинулась с места. Я как приклеенная стояла на одном месте целый час и думала только о том, что мне нужна ярко красная шерсть.

Магазин открыли. Бегу на четвертый этаж…

Купила ярко красную шерсть и спицы. Спицы у меня дома есть, но мне надо срочно, прямо сейчас. Сижу в троллейбусе и начинаю набирать петли. Мне нужна красная шапочка. Без этой красной шапки в Чечню ехать нельзя!

На работе, в редакции «Независимой газеты», узнав, что я эту красную шапку для поездки в Чечню вяжу, стали советовать мне, чтобы я в темной одежде и темной шапке ехала, но меня невозможно переубедить. Мне говорят, что шапка слишком яркая и заметная. В такой шапке в район боевых действий нельзя ехать. Я как мишень буду. Они ничего не понимают. Наоборот надо, чтобы я была яркой, и меня можно было увидеть издалека. Так надо. Я это знаю, но не могу это объяснить.

Открыть в полный размер

Надо мною все смеются в фото отделе «Независимой газеты» и фотокорреспондент Володя Сварцевич смеется, а я вяжу красную шапочку себе. Без этой красной шапки я в Чечню не поеду!

Последний раз я была в Чечне в феврале 1995 года. За три недели в Чечне многое изменилось. Шали начали обстреливать из пушек и бомбить с самолетов. Из Шалей все боевики переехали в село Ведено и я тоже. Я приехала в Чечню искать Джохара Дудаева, чтобы его сфотографировать и взять интервью. Без этого интервью не уеду из Чечни!

Все чеченские боевики и все жители села Ведено, которые являются близкими родственниками этих боевиков, знают, что мне нужен Джохар Дудаев. Мне сказали жди, он когда нибудь приедет в село Ведено, вот поэтому я и жду. А чтобы не седеть без дела, я езжу куда нибудь, или хожу по селу Ведено в красной шапочке в поисках, сфотографировать что-нибудь интересное. Общаюсь с людьми, чтобы узнать что-нибудь интересное и пойти, или поехать и сфотографировать.

Я уже месяц в Чечне и целый месяц люди в Чечне смеются надо мною и называют меня Красной Шапочкой, а я тоже смеюсь над чеченцами. Смеюсь над их зелеными бантиками на башке, но молча смеюсь, а то они обижаются.

Вы знаете, чеченцы себя ассоциируют с волками, я а в красной шапке. Почти, как в сказке братьев Грим про "Красную Шапочку", правда? В сказке про глупую Красную Шапочку и Серого волка. Только это не сказка, а жизнь. Я фотокор Наталья Медведева в красной шапке, а вокруг одни чеченцы, ассоциирующие себя с волками.

Меня все спрашивают, когда встречают, зачем я в красной шапке приехала в Чечню? Меня все замучили вопросами из ФСБ я, или нет, а еще замучили вопросом про красную шапку и своими советами, чтобы я её срочно сняла. Все жители Чечни предлагают мне купить на местном рынке другую шапку, черную например. Мне предлагали несколько раз подарить другую шапку, но я хожу в ярко красной шапке. Я эту шапку вообще не снимаю, даже когда сижу в помещении. Я терплю усмешки чеченцев и хожу везде в этой ярко красной шапке. Я знаю, что так надо, но объяснить этого никому не могу.

…Нашла сюжет для съемки. Стоят несколько молодых чеченцев у подъезда, где находится комендатура, с автоматами и старик с ними. Старик просит меня, чтобы я его сфотографировала. Старик берет автомат у молодого чеченца и с криком «Аллаху Акбар!» трясет этим автоматом. Я фотографирую старика с автоматом… Подошел мужчина в камуфляжной одежде, с длинной палкой за плечом, завернутой в тряпку и тоже говорит, чтобы я его сфотографировала.

- Хорошо мужчина! Я вас тоже сфотографирую.

Мужчина говорит, чтобы я подождала пока он приготовится.

Мужик-чеченец стоит рядом со мной в камуфляжной одежде. Он стал разворачивать тряпки с его палки и оказалось, что это не палка, а оружие завернутое в тряпку. В оружии я особо не разбираюсь. Не разбираюсь в моделях, но отличить ружье от автомата, или от снайперской винтовки - могу. У ружья, которое развернул этот мужик, есть оптический прицел, а это значит, что это - снайперская винтовка.

Я где-то слышала, что фотографировать снайперов очень опасно. Лучше этого не делать. Они обычно скрывают себя. Снайперы – это элита в любой армии. Этот мужик со снайперской винтовкой сейчас боевик, а завтра он замотает свою снайперскую винтовку, спрячет её и получится, что он - мирный житель Чечни.

- Все, я готов! - говорит мужик чеченец в камуфляжной одежде. - Давай, фотографируй меня!

- Я не буду вас фотографировать!

- Почему? Ты всех фотографируешь, а меня нет? Я что, хуже всех?

- Простите мужчина, а это у вас снайперская винтовка?

- Да!

- Значит вы снайпер?

- Да, я снайпер.

- Значит, я не буду вас фотографировать. Я вас сейчас сфотографирую, а через пять минут вы отойдете и подумаете, что зря сфотографировался. Ведь за снайперами обычно охотятся. Ведь так?

- Да, ты права. Мне лучше не фотографироваться.

Мужчина чеченец засмеялся и стал аккуратно заворачивать свою снайперскую винтовку опять в тряпку. Он так нежно обращался со своим оружием, как с ребенком.

Завернув свою ляльку-убийцу, чеченец стал меня спрашивать, зачем я в этой красной шапке хожу? Снайпер говорит, что меня он может сразу увидеть в прицел. Я хорошая мишень для снайпера в этой красной шапке и меня могут сразу убить. Снайпер советует мне другую шапку одеть, чтобы быть незаметной. А я ему отвечаю…

- А я не скрываюсь ни от кого. Если меня кто увидит в красной шапке, то сразу поймет, что это я – Наташа Медведева. Если я человек плохой, то убьют, а если я человек хороший, то значит - меня убивать нельзя.

Снайпер опять засмеялся и сказал…

- Странная ты очень Наташа Медведева и смешная. Послушай моего совета Наташа и сними свою красную шапку. Одень лучше черную шапку, чтобы быть незаметной, как все. Это я тебе как снайпер советую.

Снайпер, в камуфляжной одежде, сказал мне «до свидания» и ушел…

Через неделю, в селе Ведено, ко мне подходит мужчина с начищенными ботинками, одетый в черную куртку, брюки. Короче, это - мирный житель Чечни.

- Здравствуй Наташа Медведева. Ты помнишь меня?

- Здравствуйте, но я вас не помню.

- Мы с тобой неделю назад на этом месте разговаривали. Я снайпер! Ты не стала меня фотографировать.

- А, теперь я вспомнила вас.

- Наталья Медведева, я видел тебя три дня назад на блок-посту. Ты там фотографировала и очень долго была.

- Вполне может быть. Я иногда езжу куда-нибудь и фотографирую.

Три дня назад я действительно куда-то ездила. Куда уже не помню.

Открыть в полный размер

В редакции «Независимой газеты» дают командировочные 3000 рублей в сутки, а проезд на автобусе от Назрани до Грозного стоит 2500 рублей, поэтому я научилась ездить по Чечне автостопом. Ведь мне надо работать и фотографировать для газеты. Но в третью поездку я поехала на войну, в Чечню, от журнала «Огонек» и получила командировочные только на 5 дней, а пробыла в Чечне полтора месяца.

Сами понимаете, снимать жилье где-нибудь в гостинице в Назрани, или в Грозном, у меня тоже нет денег. Мне тут в селе Ведено комендант Ширвани Басаев, младший брат Шамиля Басаева, поселил с медсестрой в комнате красного, кирпичного, 3-х этажного жилого здания. В крайнем подъезде слева, на третьем этаже этого дома - находится комендатура чеченских боевиков.

На еду у меня тоже денег нет. Меня как бродячую собаку подкармливают все жители Чечни: то в госпитале меня накормят, то в соседнем здании, где боевики едят, или домой в гости поесть приглашают кто-нибудь из жителей Чечни. Гостеприимные чеченцы. Могут последним куском хлеба поделиться, но и убить могут после того, как накормят. Если бы у меня были деньги, я бы больше ездила и больше снимала, но я все равно много работаю и много фотографирую, передвигаясь автостопом по Чечне.

Каждый день я хожу отмечаться в комендатуру и узнаю разную информацию, что, где происходит в Чечне. Ширвани говорит, что я нахожусь под их ответственностью, и должна говорить, куда езжу фотографировать, и когда вернусь в село Ведено.

Автостопом я езжу так - останавливаю машину и спрашиваю, куда едут? Если не по пути, то меня до блок-поста подбрасывают, где я опять ловлю машину и еду, куда мне надо. Так я передвигаюсь по Чечне, где идет война.

В первую войну так можно было делать, но во вторую войну так опасно было ездить по Чечне. Журналисты стали хорошим товаром и все чеченцы это поняли. Журналистов чеченцы воровали и продавали, а если журналистов не покупала редакция, или родственники – журналистов, как баранов. зверски убивали мирные жители Чечни, ведь они ассоциируют себя с волками.

Так вот. …Снайпер сказал, что видел меня три дня назад на блок посту, и я там долго была. Я помню этот блок-пост. Я вышла из машины и попросила ребят, чтобы они мне помогли машину поймать. Они готовили супчик и спросили меня: «- Голодная я, или нет?».

Я пошутила и сказала, что я бедная и несчастная, денег нет и не ела три дня. Солдаты пожалели меня и предложили мне покушать, а потом ехать по своим делам. Я очень удивилась такому гостеприимству солдат. Это единственный раз такое произошло, чтобы попались такие добрые ребята на блок-посту. На этом блок-посту оказались очень добрые ребята, и я решила их сфотографировать и отблагодарить тоже помощью. Бартером.

Во время первой войны в Чечне солдатам, воевавшим в Чечне, запрещено было переписываться с родственниками. Я нарушала этот запрет и если у меня была возможность, я просила солдат, чтобы они письма писали родителям, что они живы здоровы. Когда я возвращалась в Москву, покупала конверты и рассылала эти письма по адресам, указанным в письме. Сами письма я не читала. Получается, я нелегальным почтальоном была во время войны, но я полезное дело делала.

В знак благодарности за такую доброту солдат на блок-посту ко мне и за их гостеприимство, я предложила ребятам написать письма, а я в Москве письма отошлю, куда скажут. Главный офицер этого блок-поста, стал ругать солдат и меня. Офицер сказал, что писать письма нельзя, запрещено, но ребята солдаты на него наехали и со словами «делайте что хотите» офицер ушел в маленький домик, сделанный из мешков и бетонных блоков.

Ребята солдаты варили суп и писали письма своим мамам, а я их фотографировала и думала, какие хорошие и добрые мальчишки. Как повезло этим мамам, что у них такие добрые и заботливые сыновья.

Я просидела на этом блок-посту около двух часов, или больше. Ребята солдаты накормили меня супом из тушенки. Отдали мне свои письма, поймали мне машину и я уехала.

- Ты знаешь Наталья, - говорит снайпер, переодевшийся в мирного жителя Чечни, - мы пришли убивать солдат на этом блок посту. Я когда увидел в прицел красное пятно, сразу понял, что это - ты. Ты сидела спиной, и ты была в красной шапке. Только ты во всей Чечне, ходишь в красной шапке. Мы с отрядом сидели и ждали, когда ты уйдешь оттуда, но ты не уходила. Ты там, на этом блок-посту, очень долго была. Мы не выдержали и ушли. Что ты там делала?

- А я ждала, когда супчик сварится. Мне ребята предложили супчик поесть.

- Ты знаешь Наталья, я смотрел на тебя в прицел и думал о том, что ты говорила. Помнишь, ты сказала, что меня не надо фотографировать потому, что я снайпер?

- Помню.

- А еще ты сказала, если я плохая - значит, меня убьют, а если я хорошая, то меня убивать нельзя. Я лежал, смотрел на тебя в прицел, и все время думал про твои слова. Ты всё правильно сказала Наталья и хорошо, что ты меня не сфотографировала. Я бы мог убить тебя за то, что ты меня сфотографировала, но ты не стала меня фотографировать. Это хорошо, что ты была в красной шапке. Если бы у тебя не было красной шапки, а ты была бы в черной шапке, то я бы убил тебя. Я бы посмотрел в прицел и не понял, что это ты. Понимаешь? Ты правильные слова говоришь Наталья. …И я подумал - живи! Ты очень странная, но ты хорошая. Ты справедливая, поэтому я не убил тебя. Мы ушли с отрядом. Теперь Наталья езжай на этот блок-пост и скажи всем кто там есть, что они живы - только благодаря тебе и твоей красной шапке.

Мирный житель Чечни ушел…

Я смотрю в след уходящему снайперу и думаю, так вот зачем мне нужна была красная шапка. Я сняла с головы красную шапку, положила ее в сумку с фотоаппаратурой и никогда её больше не одевала, а приехав в Москву, я эту шапку выбросила.

Вы знаете, что такое Бог, или кто такой Бог? Бога не видно, но Его дела видны. Я жива и ребята на блок-посту тоже живые остались, благодаря мне и их доброте. Произошла взаимосвязь разных ситуаций и Доброта разрушила Зло.

Три дня назад меня могли вот так просто убить мусульмане в моей стране России, на территории Чечни. Представляете, что творится в Чечне? Представляете, чем мусульмане в Чечне занимаются и как они это делают? Наверно Бог хотел спасти этих ребят на блок-посту. Бог все знал за ранее и все сделал так, как произошло.

Наверно Богу тоже понравились эти добрые и хорошие мальчишки Российской армии, поэтому Бог послал меня, чтобы я их спасла. Наверно это Бог разбудил меня перед поездкой в Чечню. Меня разбудила необъяснимая сила, которая сжимала мышцы на моей спине так и до тех пор, пока я не поняла, что мне надо быть в яркой красной шапке.

Спасибо тебе Господи, что Ты заставил меня связать красную шапочку перед поездкой в Чечню. Это Бог, это Сверхъестественная сила спасла от смерти меня и солдат мальчишек на блок посту.

Бог - Ты настоящий волшебник! Я Тебя обожаю!

Открыть в полный размер
Комментарии
Введите заголовок:

Введите адрес ссылки:

Введите адрес видео с YouTube:

Зарегистрируйтесь или войдите с
Автор статьи
Информация
7 ноября 2019 г. 19:25:49
Просмотров: 1267
Яндекс.Метрика
Рейтинг@Mail.ru
 ИКС ( Индекс качества сайта )